Книга В группе риска, страница 157 – Стелла Римингтон

Джин Д’Обиньи продолжала идти. Ей бы хотелось перестать плакать, но красота всего происходящего и внимание к деталям просто не давали ей успокоиться. Где-то вдали, на краю сознания, она слышала многочисленные щелчки, когда бойцы передергивали затворы. Полицейские снайперы, поняла она, но быстро забыла о них, увидев на площадке рядом с вертолетом стройную, решительную фигуру, которую сразу узнала. Темные волосы женщины были отброшены назад с лица, а кожаная куртка застегнута до подбородка.

Джин улыбнулась. Все почему-то казалось таким знакомым. Как будто та же сцена уже разыгрывалась перед ней миллион раз.

— Я знала, что ты будешь здесь! – крикнула она, но ветер, поднятый вертолетами, унес ее слова прочь.

Сидя в павильоне, Фарадж наблюдал за тем, как окрестности наводняли силы безопасности. Он понял, что ему конец. Он видел, как военные выпрыгивают из «пумы», крикетная площадка заливается светом, и снайперы спускаются по канатам из нависших «газелей» на окрестные крыши. Однако, благодаря биноклю, он кое-что знал наверняка: несколько минут назад мальчишка загнал «хонду» в гараж. Бомба должна быть в машине. Он не сводил бинокля с парадной двери дома жертвы. Он понятия не имел, где находится его напарница – скорее всего, в доме с мальчишкой. Как бы там ни было, он должен действовать до того, как полиция всех эвакуирует и операция окажется напрасной. Из кармана куртки он достал дистанционный детонатор, поцеловал его, попрощался с бойцом Асимат и произнес имена своего отца и Фарзаны, которых он любил.

Когда на краю крикетной площадки показалась женщина, Лиз поняла, что перед ней Джин Д’Обиньи. Ее мокрые волосы были коротко острижены; лицо осунулось и заострилось. Она уже не была похожа на юную девушку с ориентировки. Однако, несомненно, это она. На ней была не-застегнутая непромокаемая куртка. Под курткой – свитер с высоким горлом, который пересекала серая лямка рюкзака.

Когда их взгляды встретились, Джин улыбнулась, словно узнавая, и на мокром от дождя лице задвигались губы. Она выглядит моложе своих двадцати четырех лет, подумала Лиз. Совсем ребенок.

Их взгляды встретились на мгновение, а потом ночь задрожала и разлетелась на куски. Волна тьмы с ревом обрушилась на Лиз, исполненная темной силы, темной ненависти. Ее подбросило вверх, как сломанную игрушку. Потом ударило о землю, и на миг, когда по ней прокатилась взрывная волна, у нее словно выкачали воздух из легких. Какое-то время она ничего не понимала.

Потом наступила тишина – долгая тишина. Сверху на нее падала земля, летели обрывки одежды, куски плоти. С трудом наклонив голову, которая ужасно болела, она увидела, как вокруг нее под яркими лучами прожекторов беззвучно двигаются люди, похожие на призраков. С одной стороны на четвереньках стоял полицейский; форма клочьями свисала с его тела, из носа и рта текла кровавая слизь. С другой стороны на земле лежал Дон Уиттен в пальто; он весь дрожал. Рядом с ним сидел армейский офицер и пустым взглядом смотрел в землю, а из его ушей текла кровь. Сама она слышала чей-то высокий, тонкий крик. Не человеческий, больше похожий на эхо.

К ней подбежал полицейский и что-то закричал, но она ничего не слышала и отмахнулась от него. Снова бегущие ноги – а потом вертолеты и огни сдвинулись, переместившись к крикетному павильону и лесу по ту сторону от площадки. Должно быть, обнаружили Мансура.