Книга Слепая. Бывшая хозяйка старого поместья, страница 61 – Дия Семина

— Боже мой, я ничего не понимаю, откуда такая щедрость, какие подоплёки в этом деле? Не бывает щедрых даров, за какие не пришлось бы платить.

Я в абсолютном шоке, вообще не понимаю с чего такая щедрость, и почему он так вдруг заботится о моём благополучии. Сама не заметила, как непроизвольно выдернула руку из его горячей хватки. Тростью постучала по настилу беседки и быстро нашла скамейку, куда и присела, потому что от новостей и предложений голова кругом.

Сумской, кажется, тоже в шоке. И тут до меня доходит:

— Вы хотите этот вексель как-то поделить? Мне ничего не нужно, я могу его отдать вам… Или постойте, вы нашли какие-то бумаги, что я наследница? Но тоже не сходится, я помню, что были долги и ваша покупка позволила их закрыть, в этом тоже нет обмана. Так, говорите прямо, что происходит!

Дмитрий присел рядом, взял мою руку так, как если бы сам делал предложение, и заговорил совершенно иным тоном:

— Лиза, вы мой луч надежды, вы знаете, что я не смогу уехать из усадьбы, если бы я сделал вам предложение, матушка вас увезла бы в тот же день и спрятала так, что я бы вас уже не нашёл. Вы мне нужны, ваша музыка, ваша улыбка…

— Эй, Дмитрий Назарович, это мои слова, я делаю предложение Лизе! — не стерпел и прорычал жених.

В диалоге образовалась пауза, но только для меня, но я слышу, как они жестами чуть не посылают друг друга куда подальше, только что не подрались. Терпеливо жду, кажется, всё снова пошло не по плану, они договорились.

Ситуация нелепая, глупая, опасная, и я совершенно точно обо всём пожалею.

Однако я понимаю, насколько Дмитрий прав. В столице я стану приживалкой, а учитывая, что у меня нет никаких навыков слепого человека, то это будет форменная катастрофа.

— Чтобы вы не спорили, отвечу сразу: я — согласна взять кольцо! Потому что боюсь стать приживалкой. Я хочу хоть немного свободы. Но принимаю кольцо просто как формальность от вас двоих, исключительно, как от друзей! Матушке вашей, Дмитрий Назарович, я скажу, что предложение от Максима Николаевича. А если в каких-то обстоятельствах ваши родные, Максим Николаевич, меня спросят о кольце, то могу сказать, что кольцо от барона Кретова, но это наша тайна. И это обручение, надеюсь, не затянется надолго и не станет обременительным ни для кого. Полагаю, что показывать кольцо Антонине Антоновне лучше чуть позже, чтобы наша помолвка не вызвала лишних подозрений.

— Уф! Вы не просто красивая девушка, вы ещё и мудрая! Вы всё поняли совершенно так, как и должно быть. Вот ваше кольцо.

И Кретов сам надел мне на палец перстенёк, под недовольное ворчание Сумского, что это уже и не помолвка, а фарс совершенный, и целовать свою невесту будет он сам!

Я не успела опомниться, как Максим подхватил меня на руки, пару раз покружил, опомнился и поцеловал в губы, немного стесняясь и по-детски, просто касаясь губами, без излишеств и жадности, с какой меня недавно поцеловал Кретов, спасая со станции. Ух, чувствую, как у барона сейчас всё внутри сжимается. Но он сдержался. Сам же заварил кашу, но я уже понимаю, что иного варианта остаться на воле у меня нет. Только формальная помолвка, будь она неладна, я наконец, опомнилась:

— Молодые люди! Прекратите фарс! Помолвка фиктивная, так что опустите меня сейчас же! Но я вам благодарна за избыточную заботу. Вообще, это кольцо ни к чему не обязывает вас, а меня обязывает только к тому, чтобы не потерять его. Как только Ваша матушка уедет, я верну перстень, не беспокойтесь. А сейчас я вынуждена откланяться. Хочу проверить свою трость, она великолепная. Просто великолепная.