Книга Последняя из рода Белых драконов. Том 2, страница 131 – Кристина Р

— Не приставал?

— Нет!

— Не злись. Я же волнуюсь.

— Мне не хотелось привязанной сидеть. Сейчас понимаю, что не стал бы привязывать и догонял бы столько, сколько убегать буду. А тогда… Мне было очень страшно, Этель. Я ничего не знала ни о тебе. Ни об отце. Ни даже о том, где я. И я никак не могла это побороть…

А Гвирен… Он терпеливый. Бежать я не могла, на вопросы он не отвечал. А я с ума от беспокойства сходила и говорила целыми днями… Он слушал.

— Что говорила?

— Да всё, что в голове было. Про игру на флейте и арфе, про вышивку, про змей и тритонов, про Стрей.

— А про неё то что? — удивилась Этель, услышав имя самой строгой из их нянь.

— Как мы над ней шутили.

Этель улыбнулась.

— А дальше?

— Мы дней семь по лесу шли, начинало казаться, что кругами. А потом неожиданно свист раздался, и нам навстречу ещё один дракон вышел. Молодой совсем. Тоже в синем доспехе. Я потом уже узнала, что это его младший брат нас на границе ждал. Мы поехали, а он полетел к Кортезии сказать, что добрались живые.

Но знаешь, я тогда почувствовала… Вроде и деревья такие же… И трава, а… Откуда-то поняла, что я больше не в Вердене. И так страшно стало, — Лиэль замерла, бездумно глядя на переплетённые пальцы, словно она опять была там, в лесу, наедине с двумя незнакомыми драконами. Этель крепче сжала её руку.

— Я дождалась, когда Гвирен чуть вперёд уйдёт на узкой дороге, и на развилке свернула в сторону, пуская лошадь в рысь. И знаешь, что самое обидное? Когда он меня догнал, я по глазам видела — он ждал этого. Понял уже, с кем имеет дело… В общем, пришлось на одной лошади ехать.

В темноте комнаты не был виден румянец, разлившийся по щекам говорившей, но Этель слишком хорошо знала сестру.

— Стеснялась?

— А сама как думаешь? Дракон и так близко. Пыталась сначала не касаться его, но меня ненадолго хватило… Тело затекло, пришлось смириться. А потом…

Лиэль не выдержала и встала, быстро вышагивая вокруг кровати и вынуждая Этель приподняться на локтях. Тело воина напряглось.

— Он к тебе прикасался?

— Да нет же! Гвирен не такой, говорила уже… — Лиэль замотала головой. — Он не… — Она остановилась перед кроватью и посмотрела на сестру. — Я уснула, представляешь, — Этель едва сдержала усмешку. — Прямо у него на плече. Знаю, что так нельзя, но я так устала… Так устала… Я уже ненавидела этот проклятый лес, казалось, я там навсегда останусь бродить с этим неразговорчивым драконом.

Только тут Этель поняла. Лиэль старалась рассказывать обо всём, как о забавном приключении. Старалась даже улыбаться. Но это же Лиэль, ей, наверное, было так страшно, как Этель и представить не может. И самым страшным было осознание собственной беспомощности. Она ничего не могла ему сделать: ни убить, ни сбежать.

Этель резко поднялась, в два шага подходя к сестре и прижимая к себе. Только она умела так: крепко и бережно. Лиэль прижалась к ней. Лёгкие полупрозрачные шторы разлетались под порывами прохладного ветра. Луны бросали холодный свет, окутывая два силуэта.

— Снимай свои доспехи, я простынь постелю.

Этель не стала спорить, потому что знала — эту женщину в её заботе не переспорить.

— Дать платье для сна? У меня много…

Лиэль сделала шаг к шкафу, но Этель её остановила.

— В поддёве посплю.

Меч лёг рядом с королевой Вердена, и Лиэль тоже не стала спорить, потому что тоже слишком хорошо знала свою сестру. Когда они опустились на постель, переплетая пальцы, Лиэль продолжила свою историю.