Книга Расколотое сознание, страница 72 – Энн Княгинина

Сара помогает приложить увлажняющую маску на лицо: мокрую, противную, пахнущую мятой. Мята и придаёт боль.

Из-за отверстий для носа, глаз и рта, белая маска напоминает лицо призрака. Не подумал бы кто из отдыхающих, что я их умерший друг или родственник.

— Долго держать её нельзя. Особенно тебе.

— Попробую побыстрее.

— Давай войдём. Я сама всё объясню на ресепшене.

— Я и так их напугаю.

Она смеётся и вынимает из волос зёрна, чтобы мы не были похожи на пару бродяг или разбойников.

Светлое четырёхэтажное здание в окружении леса. У входа две статуи лис. За большими окнами маленький фонтан, стойка администрации и диваны для отдыха.

Это место для людей старше шестидесяти.

Появляется связь и телефон сразу же разрывается в вибрации. Прочту сообщения потом. Сейчас не до этого.

Холл просторный, оснащён кондиционерами. Люди с подозрением смотрят на парня с маской на лице и красным носом.

— Здравствуйте, мы к Лилии Доновой, мы вам звонили. Это её внук Артур Донов.

Девушка-администратор молодая, наверное, ненамного старше нас. На бейджике имя Карла. Она в ступоре.

— У него флюс. Чтобы бабушку не пугать скрыл лицо.

— Паспорта есть?

Я смотрю на Сару, она на меня.

— Нет, — отвечает Сара.

— Тогда я не могу вас пустить.

— Пригласите сюда, и дело с концами.

Девушка в задумчивости. Она пристально смотрит мне в глаза, пытаясь разглядеть, что за маской. Ей следует поторопиться с решением. Маска вызывает зуд, а раны на лице горят.

Берёт трубку телефона. Набирает номер.

— Лилия, к вам пришли два подростка. Они выглядят подозрительно.

Опускает голову.

— Угу. Да. Я не могу пропустить их без паспортов. Вам придётся спуститься в холл.

Поднимает голову, смотрит на Сару.

— Угу, да. Хорошо.

Кладёт телефон с громким щелчком.

— Садитесь на диваны. Скоро она подойдёт.

Мы выбираем диваны друг напротив друга. Сбоку телевизор, показывающий музыкальные клипы без звука.

— Не переживай, без маски ты выглядишь хуже, чем с ней.

— Спасибо, подбодрила.

Я вижу силуэт бабушки на лестнице. Она спускается быстро, в спешке. Я вскакиваю и бегу к ней навстречу. Чуть не сбиваю с ног, но сразу же обнимаю. Она единственная из родных, кого мне хочется держать в объятиях.

Её седые волосы пахнут шампунем. Она тоже обнимает меня. Я убеждаюсь, что она жива. Отхожу, чтобы посмотреть на неё. Морщинки на лице такие же, как и прежде, а её глаза серые и мутные.

— Бабушка, — выдыхаю я.

В память врезается фотография с чёрной лентой поверх её тела.

— Что это на тебе?

Она трогает скользкую маску.

— Спасает от пульсации в зубе.

Беру её под руку. Помогаю сесть на диван напротив Сары, сам сажусь рядом с вишневолосой. Хочу видеть бабушку вживую, а не на фотографии для похорон.

— Здравствуйте. Я говорила с вами по телефону. Сара, — она протягивает руку, и бабушка пожимает её.

— Я запомнила тебя. Ты права, мы с твоей бабушкой не старухи.

Сара хихикает, а бабушка улыбается. Кажется, они подружатся.

В молодости Лилия была непоседливой и любила путешествовать. Она много ездила по миру и однажды в одном из городов встретила моего дедушку.

— Твои родители… — начинает волнующий разговор, — никогда не слушали советов по твоему воспитанию. Я понимаю, что ребёнок их, и все решения за ними. Но…