Книга Расколотое сознание, страница 107 – Энн Княгинина

Приближаемся к девчонке и её волосы развеваются на ветру. Вперёд. Дальше. Газу.

Я слежу за движениями Майка, зеркалю их. Мы наравне с Кейт. Её монстр рычит. Мотоцикл под нами отвечает.

— Не надо было выделываться, — кричит ей Майк. Поворачивает рукоять на себя, добавляет газу и мотоцикл обретает крылья. Мы не едем, а парим над землёй, проносясь мимо девушки так стремительно, что ей нас не нагнать.

Майк объезжает кочки, а Кейт следит за его передвижениями, едет ровной линией за нами.

Но тут Майк почему-то останавливает мотоцикл, пропуская Кейт вперёд. Она смотрит на него через плечо и уезжает к финишу.

Майк ставит мурчащего зверя на подножку и слезает. Машет одной рукой морщась.

— Походу руку вывихнул.

Я хочу встать, но Майк бросает большую ладонь мне на плечо. Меня лихорадит от куража — разрядка после такого экстрима ещё не прошла, но нужно убедиться, что у Майка ничего серьёзного.

— Садись за руль, я буду сзади.

Отрицательно трясу головой в знак несогласия.

— Я не знаю, как этим управлять!

Майк тратит время гонки на объяснения правил и того, как управлять мотоциклом. Я внимательно слушаю, но мысли уносятся к страху: «Мы разобьёмся, если я сяду за руль». Но Майк продолжает показывать и рассказывать, и вся его энергия исчезает, растворяется в невозмутимости и хладнокровии.

Я вынужден занять место спереди, взяться за руль, освоить педали газа, тормоз и сцепление. С места водителя ручки не кажутся такими простыми и обыденными, как с глаз пассажира.

Майк располагается позади и обнимает за живот. Если я сжимал его так же сильно, как и он меня, то не понимаю, как он не задохнулся.

Мои тщетные попытки сдвинуть мотоцикл с места вызывают у Майка улыбку и короткие смешки. Кейт, скорее всего, уже на финише.

— Не нервничай, пацанчик. Поезжай на любой скорости, только не стой.

Мало-помалу я продвигаюсь вперёд. Приборная панель похожа на автомобильную, поэтому я без труда определяю скорость и переключаю передачи ногой.

Два колеса набирают скорость. Руль, как рога козла, не даёт мне ехать прямо, а заставляет постоянно отклоняться в сторону.

Я еду шестьдесят километров в час и подбавляю скорости. Свежий воздух, как холодные перья, щекочут кожу под громкие рычания мотоцикла.

Руки Майка сомкнуты в замок на моём животе, и не похоже, что у него продолжает болеть рука.

Я пытаюсь сохранить равновесие, но это требует усилий, и я вынужден постоянно отвлекаться от дороги.

Добавляю газу и смех без причины вылетает из меня, разрывает грудь на части. Мотоцикл злобно рычит, откликаясь на мой эмоциональный всплеск.

Майк дёргается позади.

— Не мотай башкой, твои волосы лезут в глаза! — кричит он, дуя мне в затылок.

— Извини, — посылаю я Майку ответ сквозь хохот, свист агрессивного ветра, и рычания мотора. Он ненавидит, когда я извиняюсь.

— Пианист!

Кейт танцует лезгинку за белой линией. Рядом с ней парни и девчонки пытаются неуклюже повторить движения. Я кручу правую рукоятку, наращивая темп, и наклоняю корпус вперёд. Майк почти лежит на мне.

Я пересекаю линию финиша и ощущаю удушье. Затруднённое дыхание похоже на хрипы мотоцикла.

Все вокруг предаются веселью. Кейт прекращает танцевать и спешит к нам.

— Майк, ты так изменился, стал красавчиком, — кричит Кейт, ещё не успев подбежать, и направляет взгляд на меня.