Книга Мой муж ждет моей смерти, страница 39 – Алёна Климова

— Долго ты сегодня, — сказал Юра, не поднимая головы. Он сгребал вилкой остатки картошки со сковородки.

— Очереди, — тихо ответила я. — Полдня просидела под кабинетом, потом ждала результаты.

Юра поднял на меня глаза.

— Ты писала про анализы. Что врач сказал?

— Воспаление усиливается, — я прикрыла глаза. — Показатели крови падают. Таблетки уже не справляются. Завтра с утра снова в клинику на полное обследование. Хотят менять протокол лечения, но сказали, что шансов на ремиссию мало.

Лицо мужа дрогнуло. Он сдвинул брови и опустил уголки рта, но получилось плохо. Так выглядит человек, который на похоронах вспомнил анекдот.

— Держись, Алис, — он тяжело вздохнул. — Надо бороться. Я ради вас на этом складе спину рву. Главное, лечись.

— Спасибо, Юрочка, — я посмотрела на него с благодарностью. — Твоя поддержка даёт мне силы.

И ведь не соврала. Силы она мне действительно давала. Только совсем не те, на которые он рассчитывал.

Юра допил кофе, бросил кружку в раковину и подхватил спортивную сумку.

— Я побежал. Смена тяжёлая будет. Закрывайся.

Хлопнула входная дверь. Я выждала ровно минуту, пока на лестнице не стихли шаги, и выпрямилась. Убрала посуду в мойку. Сковородку он, конечно, оставил на плите.

Соня потребовала повесить ёжика на холодильник, и я прижала рисунок магнитом. Мы поужинали, прочитали две главы из книжки, и в девять она уснула. В квартире стало тихо. Я заварила крепкий чай, устроилась в гостиной и достала ноутбук с зашифрованной флешкой.

На экране был список из шестидесяти человек с доступом к бюджетам корпорации. Проверять каждого вслепую можно было до следующего Нового года. Мне нужен был фильтр.

Я открыла мессенджер и нашла диалог с Дмитрием.

«Дмитрий Анатольевич, вы ещё не спите?»

Ответ пришёл через тридцать секунд.

«Архитекторы не спят, Алиса. Они проектируют во сне. Что вам нужно?»

Я посмотрела на часы. Половина двеннадцатого. Либо архитекторы и правда не спят, либо этому архитектору сегодня тоже было не до сна.

«График отпусков, больничных и командировок всех сотрудников из нашего списка за последние три года».

«Интересный подход. Дайте мне пятнадцать минут».

Через пятнадцать минут на почту пришёл зашифрованный архив.

Логика была простой. Каждая фальшивая смета требовала, чтобы человек был в офисе, провёл документ через систему и поставил подпись. Подписать бумаги, лёжа на пляже или в больнице с пневмонией, невозможно. Значит, достаточно наложить даты переводов на даты отсутствия, и лишние фамилии отсеются сами.

Я открыла первую таблицу и поняла, что «достаточно» было очень оптимистичным словом.

Отпуска дробились на куски по три дня. Больничные закрывались задним числом. Командировки переносились, отменялись и снова назначались, и каждое изменение оформлялось отдельным приказом. На одного сотрудника уходило по пятнадцать, а то и двадцать минут. Сотни платёжных поручений, шестьдесят человек, три года.

К двум часам ночи я проверила двенадцать фамилий. Восемь вычеркнула: в дни переводов эти люди были где угодно, только не в офисе. Ещё четыре остались под вопросом. Чай давно остыл, а я этого даже не заметила.

Минус двенадцать. Осталось сорок восемь.

Я потянулась за тринадцатой папкой, и тут завибрировал телефон.

Сработала программа, которую я поставила на смартфон мужа. У Юры начался перерыв, и проводил он его явно не за перекуром.