Книга Семь причин не влюбляться, страница 58 – Янка Рам

— "Скажи" мне что-нибудь.

— Что?

— Что-нибудь, чтобы у меня были силы бороться за нас. Даже с тобой.

Саундтрек: Иво - Рифма.

Перебираю струны.

— "...Останься мгновением, останься приметой, эпохой... Останься, пожалуйста, просто моим человеком... останься пожалуйста, тем, на кого мне не похуй..."

Мне хочется поорать громко в полный голос. И закрывая глаза, я выдаю ему с эмоцией.

— "Останься моей самой точно подобрано рифмой... Останься, пожалуйста..." - голос срывается к чертям.

Отставляю гитару.

Я делаю какие-то свои домашние дела. Стас - в телефоне. Пишет иногда голосовые.

Мне уютно от его голоса, звучащего где-то на фоне. Я стараюсь замереть в моменте и не думать о "завтра". Раз уж он здесь и я не прогнали его...

— Варвара Спиридоновна, добрый вечер. Меня не будет завтра до двенадцати. Если назначены какие-то встречи, перенесите.

Слушает ответное сообщение.

— Вы просили подыскать в отделе кадров несколько кандидатур. Я отправила на почту личные дела двух кандидатов. Брехун И.П. и Додик В.С.

Фыркаю, не сдерживаясь, от смеха. И сдавленно угораю, пока он пишет ответное голосовое.

— Вы прикалываетесь там с отделом кадров?! - возмущается Стас. - Ивановы, Петровы, Сидоровы перевелись?

— Вам не угодишь, Станислав Олегович, - сварливо. - Отменять собеседование?

— Н-н-нет... - цедит. - Перенести на вечер. И найти ещё двух кандидатов.

— Айдаров подал заявление на перевод.

— Ну хоть одна хорошая новость. Оформляйте.

— Зайцев назначил вам на четырнадцать тридцать.

— Хорошо...

Из принципа не расспрашиваю его больше ни о чем личном.

Просто ещё одна причина не залипать слишком глубоко на этого харизматичного мерзавца. Слова про себя не скажет! А мужчины обожают говорить про себя. И без причины никогда не отмалчиваются.

Причины... причины... сплошные причины!

— Давай, такси тебе вызову? Как ты поедешь в таком состоянии?

— А я не поеду...

Забирает мои сигареты, идёт курить.

Мне хочется нестись следом, заставить его застегнуть куртку, натянуть на него капюшон.

Я чокнулась?

Гашу в себе этот порыв. Приоткрываю окно, проверить, пока его нет.

— ...Это не лучшая идея, Валерий Антонович. У меня вирус. И нам лучше не находиться сейчас в одном помещении...

Звонит кому-то ещё.

— Коровьев, найди мне срочно администратора из "Измаила". Назначь встречу. Ничего! Найдёшь время. Всё равно только чаи на работе пинаете!

Администратора из "Измаила"? Там их два. Один - ебнутый брат-близнец моего Тихомирова.

Стас возвращается.

— Зачем тебе Венцеслав?

— Кто такой Венцеслав?

Значит, не он. Ну и славно...

— Вопрос снимается.

— Зоя, если ты меня интригуешь в наказание, то это негуманно.

Ловит мою руку, прижимает ко лбу.

Смотрю на настенные часы.

Смиряясь с тем, что мне его сегодня не выставить, раскладываю для него кресло. Стелю.

— Ложись.

Стягивает мою открытую на середине "Белую гвардию".

— "В руках он нес великую дубину, без которой не обходится никакое начинание на Руси", - читает вслух.

Переворачивает, читает название на обложке.

— Почему цитата обведена?

— Тихомирову хочу биту подарить с этой гравировкой.

— Это прекрасно... - вздыхает. - Найди и для меня что-нибудь.

— Мне кажется, ты предпочитаешь не биту, а слово. На нем ничего не выгравировать.

Откидываясь, падает на подушку.