Книга Отец-одиночка, страница 93 – Янка Рам

— Знаете... - всплескивает руками слегка ошалевшая Софья Олеговна. - Все дети повторяют за родителями глупости и мерзости. Все дети дерутся. Предлагаю расстаться без претензий, дома поговорите со своими девочками и объясните им правила поведения в обществе. Оба!!

— Я бы ещё их вашему мужу объяснил. Повторится травля, так и сделаю! - угрожаю я.

— Это угроза?!

— Как правило шовинисты люди недалёкие, но чтобы так... как можно угрожать беседой? - агрессивно улыбаюсь я.

— Ради Бога, остановитесь. Дети слушают! - просит воспитательница.

— Пусть слушают, - рычу, бросая взгляд в глаза девочке. - И знают, что если у какого-то ребёнка нет мамы или папы, это не делает его хуже. Хуже ребёнка делает, рядом стоящая взрослая тупая...

...пизд... - двигаю губами, глядя в глаза мамаше. Она идёт пятнами.

Но "овца" будет звучать корректнее при детях, да?

Кира, чуть ощутимо, прижимается к моему бедру.

— Стоп! Умоляю! - раскрывает ладони воспитатель. - Мы будем решать этот вопрос с каждой семьёй в отдельности.

Ну вот... - выдыхаю. Уже легче. Может, и не придушу Сову.

— Одевайтесь, - киваю девочкам. - Мы идём домой.

Переобуваются.

Надя так распереживалась, что уже несколько минут не может завязать свои шнурки. Пальцы трясутся.

— Надя... все хорошо.

— Испугавась... - шепчет мне.

— Меня?

— Ствашно вугались.

— Иногда так нужно.

Завязываю ей многострадальный шнурок.

— Пватон... - ходит вокруг меня Кира.

— Да?

— Мовжно, Надюша всем скажет, что ты её папа тоже?

Надя умоляюще смотрит мне в глаза.

Вот так, да?

Хочется немного втащить Сове. Хотя я сейчас не могу сформулировать за что конкретно. Пунктов там дохера...

Протираю лицо руками.

Как я могу отказать Наде в этой просьбе? Тем более, что она мне ничего не стоит.

— Конечно.

— Я же тебе гововива... - шепчет ей Кира. - Что мовжно.

Разобравшись в кабинете администрации с ебнутым семейством, изолированным туда от моего гнева, Софья Олеговна отводит меня в сторону.

— Платон Александрович, - вежливо, но с ноткой осуждения. - Не педагогично при детях...

— Я максимально далек от педагогики, но если мне будет надо защищать моих детей, я очень непедагогично порву любого. Если девочкам станет от этого легче, то у них на глазах.

— Не подавайте пожалуйста никаких исков. Я, к сожалению, не знала сути конфликта. Кира же молчит... Пострадает в первую очередь сад. Мы все уладим.

— Окей. К саду ни одной претензии.

— Благодарю! - с облегчением.

Забираю с доски лепки две фигурки. Совы и Мамаевой.

— Что вы лепили? - пытаюсь разобрать разноцветный комок Киры.

— Маму... - шепчет Надюша, пока Кира побежала в группу за забытым там телефоном.

У Нади очень красиво детально слеплена фигурка Даны.

У Киры - словно сначала лепили, а потом смяли.

— Кивюфа вот так... - грозно сжимает кулак, демонстрируя, что произошло с фигуркой.

— Ясно...

Пора бы нам поменять фамилию.

Выходим.

Объясняю девочкам, что драться можно только, когда нападают. И даже нужно. Но если обижают, то говорить мне. И "драться" буду уже я.

На детской площадке лежу навзничь на круглой сетке-качелях. Краем глаза слежу за девочками.

Иногда рассматриваю пластилиновую фигурку Даны.

А, может быть, я нагнал херни? И, может, Сова откроет свой рот, и объяснит мне, что блять случилось-то с отличной версией улучшить наш секс? Почему съехала?