Книга Сводные. Мы остались одни, страница 34 – Инна Матвеева

День и вечер до смены провожу в клубе. Телефон добровольно отключила и сдала менеджеру — не хотела ни на что отвлекаться. Чтобы скорее погрузиться в дела, надо отвлечься от всего лишнего.

И у меня получалось. К концу вечера я уже знала меню наизусть, как и нумерацию столиков и залов. Ещё и научилась пробивать счёт. А потому остаток вечера, вкусно поужинав, ложусь на диванчике в випзале. Пока его никто не бронировал, поэтому меня не беспокоят.

Засыпаю почти сразу, хотя в какой-то момент вдруг чувствую, что меня укрывают пледом и подкладывают под голову подушку. Мягко так, осторожно, почти ласково. Явно не желая тревожить.

Эдуард Сергеевич... С таким заботливым начальством и работать будет приятно. Даже не сомневаюсь, что это он сделал. Официанты вряд ли бы осмелились, да и не заходит сюда никто. Только Эдуард Сергеевич знает, что я вздремнуть пошла.

Ладно, потом его поблагодарю. Всё-таки мелочь, а приятно. Да и хочется дать ему понять, что ценю, а то слишком уж он ко мне почтительно. Мне даже неловко.

Проваливаюсь в сон с улыбкой.

*********

Просыпаюсь, почувствовав, что меня легонько трясут за плечо. Эдуард Сергеевич? Видимо, моя смена скоро начнётся, а я с собой не брала телефон, так и оставила в подсобке. Без будильника легла.

Резко сажусь, открываю глаза, слегка потягиваюсь и смотрю на разбудившего. И тут же ловлю ступор.

Быть такого не может. Мне, наверное, кажется?

— Вася... — растерянно срывается с губ. — Ты здесь...

Он выпрямляется и сверлит меня отчуждённо холодным взглядом.

— Ты исчезла, недоступна была, вот мы с твоим... хм... братом пошли тебя искать, — сообщает непривычно жёстко.

Ещё и эта заминка после «твоим» и ядовитая усмешка, когда о брате говорил... Похоже, присутствие Васи здесь — не знак его готовности прояснить ситуацию. Меня всё ещё обвиняют.

— Почему вместе? — отбросив эмоции, обдумываю его слова. Как Вася мог узнать, что я недоступна, если только не позвонил мне? — Ты ведь меня в чс кинул.

— Потому что он в первую очередь искал тебя у меня, — со странной усмешкой заявляет Вася.

Неожиданно. Я почему-то была уверена, что это Вася, не найдя меня, решил с Феликсом связаться и узнать, где могу быть. А чтобы всё это исходило от сводного? Ему ж такое не свойственно. Чтобы он волновался за меня? И тем более, с Васей связался ради этого?..

Хм, значит, Феликс тоже где-то здесь. Или оставил нас двоих, узнав, что я тут?

Совсем не узнаю сводного. И это сбивает настолько, что не сразу с ответом нахожусь.

— Понятно, — только и говорю, поправляя подушку на диване и уже начиная складывать плед. Ловлю тяжёлый взгляд Васи, следящий за моими движениями. И вдруг само срывается предположение: — Это ты меня укрыл пледом и подложил подушку?

Его взгляд ожесточается. Вася сжимает челюсть, явно недовольный вопросом. Да и я сразу жалею, что спросила, ведь ответ очевиден. И теперь даже неловко.

— Нет, — всё-таки отвечает Вася. — Может, Феликс? — криво ухмыляется.

Вопрос язвительный, но я не сдерживаю смешка. Вот не представляю себе такого жеста заботы от сводного. Меня ведь так чутко укрывали, не желая беспокоить и желая комфорт добавить. Стал бы он так делать, ага.

Странно как-то сердце пропускает удар, когда картинка в воображении из непривычно забавной неожиданно становится чуть ли не волнующей.