Книга Вредина для Чемпиона, страница 144 – Илона Шикова

— Печальная история жизни Пантелеймонова-старшего, – я развожу руки в стороны. – Начиная с того момента, как он дружил с нашим отцом, затем его кинул и увел парочку крупных клиентов, – намеренно делаю паузу, все так же не поворачивая головы в сторону родителя. – Даже с матерью нашей умудрился полгода пожить, только чтобы досадить своему бывшему компаньону. А тот в ответ, – снова развожу руками в разные стороны, – не простил и, как говорится, отомстил.

— Хватит! – орет отец, ударяя кулаком по столешнице.

— Это надо было пять лет назад говорить, папа, – я медленно поворачиваю голову в его сторону. – Хватит врать, хватит разбивать мне жизнь и хватит, в конце-то концов, решать за меня и моего ребенка, как нам жить дальше. Это я должна тебе говорить “хватит”, а не ты мне.

— Я сказал, достаточно! – шипит отец и наклоняется всем корпусом вперед, однако на меня это не действует.

Именно сейчас мне все равно, что он скажет или сделает. Даже горькая усмешка вырывается – неужели ты так и не понял, дорогой папаша, что давление в данной ситуации – не самый лучший вариант? Куда лучше признать свои ошибки и хотя бы попытаться попросить прощения, но ты же этого никогда не сделаешь, правда?

— Иначе что будет? – подхожу к столу, опираюсь руками и наклоняю голову к нему поближе. – Ну, я жду!

— Так, а что там с Лехой? – встревает Стас, прерывая нашу с отцом игру в гляделки. Прямо расцеловать готова своего старшего братишку за сообразительность, иначе бы мы долго еще с отцом упражнялись бы в остроумии.

— Расскажи правду, папа, – произношу практически шепотом. – Хоть раз в жизни будь мужиком.

— Он тебе не пара! – вскакивает отец с места, заставляя меня тоже выпрямиться и задрать голову.

— А кто пара? – отвечаю ему на повышенных тонах. – Пять лет назад я поверила тебе, не ему, – в груди все кипит, пылает и горит огнем. – Я все эти годы страдала из-за того, что он меня якобы предал. Рыдала по ночам в подушку от одиночества. Ты этого хотел, папа? – последнее слово произношу по слогам и с небольшим нажимом. – Чего ты молчишь?

Отец тяжело вздыхает, потупляет взгляд и снова устраивается в кресле. Берет в руки конверт, вертит его, а после откидывает в сторону. Но дальше смотреть на все это нет сил, поэтому я делаю шаг назад и поворачиваюсь лицом к брату.

— Папаша договорился с Пантелеймоновым-старшим за твоей спиной, так как никто из них не желал породниться друг с другом, – Стас усмехается, произнося слова в своем любимом ехидном тоне и вертя в руках пустой стакан. – Разыграли все, как по нотам, а вы с Лехой пострадали.

— Ты знал! – выпаливаю довольно громко, однако братишка даже глазом не ведет.

— Нет, – кривит губы, при этом выглядит таким спокойным и уравновешенным, что хочется его чем-нибудь треснуть. – Догадаться не трудно, если сложить два плюс два. Я тебе даже больше скажу, сестренка, – он впивается в меня взглядом, заставляя замереть на месте. – Я бы и сам поступил так же, если бы посчитал, что Леха тебя не достоин. Жестоко, папа, – он поворачивает голову в сторону отца. – Я был о тебе лучшего мнения.

Отец молчит, продолжая смотреть куда-то перед собой. Он и раньше не желал признавать за собой ошибок, а сейчас и подавно. Вижу, что злится, не желая мириться с действительностью, однако продолжает и дальше играть желваками, а также упорно играть в молчанку.