Книга Сердцеед для блондинки, страница 169 – Илона Шикова, Маргарита Светлова

— А что ты здесь делаешь? – я все еще не верю своим глазам и горящей краской лампочке в голове, предпочитая довериться сердцу.

— Ты действительно решила, что у вас серьезно? – фыркает Вика, отвечая вопросом на вопрос. – Нельзя же быть такой беспробудной дурой!

— Зато ты, смотрю, слишком умная, – усмехаюсь, правда, с какой-то горечью. – Неужели за четыре года не смогла затащить его в ЗАГС?

Ярость в купе с агрессией просыпаются внутри и рвутся наружу. Может, я и дура, что снова поверила ему, однако унижать себя не позволю – ни Степановой, ни кому другому.

— Еще не вечер, – скалится девушка, расплываясь в ехидной улыбке. – А ты завязывай его преследовать, – она тянется к ручке двери, но последнее слово останется за мной.

— После тебя мне он мне даром не нужен, – выдаю, немного наклонившись вперед. – Брезгую, – кривлюсь, медленно провожу взглядом по ней и, больше ничего не говоря, разворачиваюсь, слыша вслед:

— Уж будь любезна!

— Да пожалуйста! – делаю ей ручкой, уже опуская ногу на первую ступеньку. – Не забудь ему спинку потереть!

На душе противно, хоть волком вой, но волю слезам я не дам. Хватит страдать, за четыре года наревелась на всю оставшуюся жизнь вперед. Да и не заслуживает он, чтобы из-за своей глупости лить слезы – пусть катится к своей Степановой или кому там еще, кто его приласкает, потрет спинку и обогреет длинными холодными ночами. А с меня довольно, больше я не позволю играть на моих чувствах. И даже уволиться хочется, бросить завтра на стол Захару заявление об уходе и больше с ним не встречаться. Развлёкся мальчик за мой счёт, да и чёрт с ним! Буду учиться жить дальше, тем более мне не привыкать. Прямо очередное дежавю, чтоб его черти слопали. Хоть бы что пооригинальнее придумал, чем снова столкнуть меня лбами со Степановой.

Уже на улице еле сдерживаю истеричный смех, а в душе все равно пусто, как бы я не хорохорилась. Ловлю такси, называю домашний адрес и откидываюсь на спинку заднего сиденья, закрывая глаза – Боже, как я устала от всего этого! Вот зачем я наступила на те же грабли?

Захожу домой с одним единственным желанием – хочется принять душ, чтобы смыть воспоминания о нём, словно и не было у нас предыдущих встреч, жарких объятий и признаний в любви. Запрещаю себе думать о нём – не хочу и не буду. Пусть он катится лесом, а я продолжу жить дальше.

Выключаю воду, обматываюсь полотенцем и выхожу из ванной, встречаясь возле двери с взволнованной подругой.

— Ты чего так долго в душе засела? Вон, – Карина кивает головой на мой гаджет, который валяется на тумбочке, – уже пять минут трещит как ненормальный. Только выключился. Небось, Захар твой волнуется, куда запропастилась его ненаглядная птичка, – усмехается девушка, а я, никак не комментируя ее пламенную речь, подхожу к тумбочке и беру смартфон в руки.

Мой Захар? Его птичка? Волнуется?

Мысленно усмехаюсь и снимаю блокировку экрана. Шесть непринятых вызовов от одного и того же абонента, чтоб ему пусто было. Интересно, зачем он наяривает после случившегося? Ведь Степанова сто процентов рассказала Захару, что я приходила, так к чему эти никому ненужные звонки и новые пустые обещания, которым грош цена в базарный день?

Блокирую экран и направляюсь в спальню, не желая ничего объяснять Карине.