Книга Офицер. Сопротивление бесполезно, страница 68 – Мари Дион, Вильда Кранц

— Ты категорически против, - и снова молчание.

Нет, ну это уже подбешивает!

— Я против? Как я могу быть против того, что ты не озвучил?

— Секс, лучший способ разрядки. Снимает напряжение, успокаивает, и позволяет расслабиться после. В связи чем произойдёт быстрое наступление фазы крепкого сна, - выдаёт он.

Вот это он загнул конечно.

— Я как-нибудь так попробую. Без твоего этого. Ты мне только дай лечь поудо…

Договорить не успеваю. Потому что его губы нагло захватывают мои.

Жадность поцелуя не дает даже попытки проявить сопротивление. Она сбивает с ног во всех смыслах.

А ещё это утробное рычание, пробирающее до косточек. Рычит как свирепый лев, добравшийся до желанной добычи. И пирует, призывая присоединиться.

И не получается не откликнуться на его призыв.

Да и устала я уже, если честно, быть постоянно оловянным солдатиком. Я хочу быть женщиной, желанной, обожаемой.

Всё слилось в один тугой ком. И разматывать его уже нет сил.

И как этот ком, сплетаемся и мы. Руки, ноги. Жадные прикосновения.

Господи, его мышцы сокращаются там, где я его касаюсь. И он с полу-сонами, с полу-рычанием продолжает меня целовать, не снижая градус накала.

Он наоборот, делает всё, чтобы он зашкаливал.

И вот, уже одежда начинает раздражать кожу, ставшую гиперчувствительной.

Рома как будто читает мои мысли и тянет вниз собачку замка, на куртке спортивного костюма. А я в этот момент облегченно стону в ответ. Прямо в наш поцелуй.

Ставшая ненужной, вещь летит в стенку палатки. Определяю это по звуку.

Вообще, в темное, все ощущения стократно обостряются. И нет дикого стеснения. Нет этого вездесущего, смущающего меня взгляда.

Рома нависает надо мной. Разрывает поцелуй.

— Останови меня, - с мучением в голосе, рокочет его низкий голос.

С трудом до меня доходит смысл его слов. Потому что я уже вся горю. потому что я, это уже наэлектризованный сгусток желания.

— Зачем остановить? - чувствуя как его пах подрагивает у меня между ног, спрашиваю я.

— Потому что назад дороги не будет, - с явным трудом говорит он.

Как будто сам себя заставляет сказать эти слова.

А я уже не хочу назад. Я уже не могу назад.

Я просто обвиваю его шею своими руками и притягиваю к себе. Сама несмело касаюсь его губ. Показывая делом, что словами сказать не решусь.

— Моя девочка, - хрипло рычит он и наконец забиает инициативу в свои руки.

И я снова плавлюсь в его ласках. В его обжигающем желании, которым и сама горю.

Я так растворяюсь в ощущениях, что не замечаю как с нас исчезает одежда. Я просто плыву на волнах удовольствия, котором он щедро делится со мной. Не давая мне выплыть из этого сладкого, порочного удовольствия.

Шуршит упаковка. Он чуть отстраняется. Интуитивно понимаю, что он раскатывает латекс по своему члену. А я изнываю без его прикосновений.

И когда он возвращается ко мне, издаю облегченный стон.

Его губы снова на мне. Головка члена упирается прямо между ног. Где уже давно полыхает огонь. И там так мокро, что кажется уже подо мной образовалась лужица из смазки.

Замираем оба.

— Я нежно, - сдавленно рычит он.

Прямо мне в губы. Его дыхание обжигает.

Киваю в ответ. Хотя сама напрягаюсь. Я же понимаю что в первый раз всегда бывает больно.

Головка его члена начинает медленно погружаться. Мечусь под ним, от невероятных ощущений.