Книга Кровавая жатва, страница 221 – Никита Кита

«Отлично, первый пункт выполнен.» — подумал мыслительный центр — «Начинайте организацию следующего этапа. Надо бы поскорее разобраться с этим побочным заданием, а то у нас сегодня ещё дел невпроворот…»

Слизевики, осы, бронероги и пиявки получили команды выдвигаться в указанные места. Фёдор не знал, в какой момент ему удастся вычислить кузница, да и сама эта идея возникла у него лишь недавно, поэтому вся операция и подготовка к ней происходили спонтанно, без основательного предварительного расчёта. Парнишка просто хотел попытать удачу, а там будь что будет…

Все двадцать шесть рогатых тяжеловесов, находившихся в прибрежных схронах, покинули свои убежища и вышли к реке. Там их в несколько заходов переправили на правый берег пиявки, орудующие восемью плотами. Дальше панцероносцы своим ходом побежали по лесу на север и вскоре достигли большака. Таким образом они при свете дня преодолели широту стоянки кораблей, не показавшись на виду у рхановцев и их пособников.

К тому моменту осы уже снарядились слизевыми инструментами, выданными им слонами, и были наготове. Фёдор, уже имевший опыт сражений с бокатами, сильно не переживал. Он верил, что сумеет на ходу разобраться со всеми вызовами и по итогу достигнет желаемого…

Паромщик тянул канат продетый через направляющие двух плавучих платформ, переправляя какого-то всадника, загруженного вьюками и ведущего двух коз на поводке. Это был очередной беженец, а может просто работяга, решивший смотаться по делам в соседний посёлок.

Преодоление водной преграды прошло успешно, и пассажир с животными, не слезая с барана, сошёл на причал. Владелец переправы немного помедлил, чтобы закурить трубку, а затем с мундштуком в зубах, немедля отправился обратно в деревню. Он отплыл от берега на несколько метров, как вдруг руки его необычайно напряглись, ощущая сильное противодействие. Тогда возрастной мужчина перехватился получше и стал налегать всем телом, пытаясь протолкнуть плот вперёд. Все его старания оказались тщетны — платформы будто бы застряли, зацепившись за что-то своим днищем.

Течение так воздействовать не могло, и выглядело это крайне подозрительно. Владелец принялся носиться из стороны в сторону, заглядывать в реку и подпрыгивать на разных концах парома. Похоже он жаждал понять, в каком месте находится помеха и, быть может, нырнуть, чтобы убрать её вручную.

Невзирая на попытки, конкретной точки с зацепом определить не удавалось. Тогда мужчина вновь взялся за канат и принялся с усердием его тянуть. Плоты сдвигались на пару-тройку дециметров и тут же возвращались на исходную позицию. Диво, да и только…

Не успевший далеко отъехать всадник обратил внимание на поведение паромщика, затормозил, развернулся и стал наблюдать. Дальше он поинтересовался происходящим, и старый бокат парой выкриков поведал ему о сути проблемы. После этого недавний пассажир тоже достал и закурил трубку. Сделал он это при помощи тлеющего фитиля, вынутого из маленькой латунной коробочки, которая, в свою очередь, болталась у него на поясе. Фёдору показалось примечательным, что уже зажённый запал путник переносил прямо на своём теле. Получалась эдакая средневековая зажигалка, работающая до тех пор, пока не прогорят все запасённые фитили.

Потягивая дым, всадник какое-то время разглядывал суетящегося мужчину на платформах. Как вдруг он резко обернулся, заметив что-то выглядывающее из речки. В той точке наездник увидел лишь рябь на синей глади, оставшуюся от юркнувшего под воду существа.