Книга Кровавая жатва, страница 211 – Никита Кита

Двое постовых, стоявших на въезде на мост, услышали позади странные звуки и обернулись. Очертания каменной переправы, пересекающей водный поток, оставались частично видны в тёмной мгле ночи. Подозрительный гул и стук раздавались где-то на середине этого внушительного сооружения. Растерянные бойцы продолжали смотреть и не спешили приближаться. Звуки вроде бы стихли, но совсем ненадолго, и уже через полминуты возобновились. Где-то рядом трещала кладка и осыпалась каменная крошка. При этом казалось, что весь мост содрогается, а на паре пролётов, и вовсе, чудилось, что он слегка шевелится.

От такого часовые на не шутку переполошились. Перекинувшись парой фраз, они разделились и направились к кромке воды, по обе стороны от моста. Спустившись к берегу, караульные смогли осмотреть сбоку арки и быки. В моменте один из стражей заголосил и замахал копьем, указывая рукой вперёд. Он внезапно обнаружил трещины возникшие на одной из опор.

В эту же секунду с городской улочки на вымостку ворвался табун разогнанных баранов. Всадники очень спешили и потому мчались галопом. Постовые закричали им вслед, не успев предупредить и остановить соратников. В итоге на голоса обратили внимание далеко не все, а половина гвардейцев, скорее всего, и вовсе их не услышала.

Десятки тяжёлых скакунов начали долбить копытами по мостовой, оказывая давление на ослабленную конструкцию. Первые кавалеристы проскочили уязвимый участок, вообще ничего не заметив. А вот центральные наездники очутились над подорванной опорой в самый неподходящий момент. Прямо под ногами у их козерогов дорожный настил начал просаживаться вниз.

Животные моментально отреагировали, запротестовав против движения по опасному пути. Одни бараны инстинктивно затормозили, встали на дыбы. Другие же, наоборот, постарались проскочить ещё быстрее и не сорваться с ускользающих из-под ног камней. Всё это создало толкучку и неразбериху, из-за которой некоторые наездники едва не сорвались с края. Им повезло, что рогатые существа хорошо цеплялись за каменный настил, за счёт своего врождённого навыка перемещения по горным склонам.

На глазах у толпы ошарашенных бокатов половина опоры осела сантиметров на двадцать, а через два пролёта прочертилась толстая продольная трещина. Всё это сопровождалось сильной дрожью, распространяющейся по всей конструкции. Геометрия арок заметно изменилась, выходя из стабильного состояния. Несколько швов скреплённых раствором разошлось, и крупный фрагмент кладки отслоился. Отдельные каменные блоки стали падать в воду, вызывая шумные всплески.

«Получается! Получается, ах-ха-ха!» — ликовал коллективный разум. Все его старания с самого начала были не зря.

Взволнованные барашки нервно топтались, пока их хозяева ошалело таращились на обескураживающее зрелище. Все наездники быстро отдалились от небезопасной области. Те же гвардейцы, что успели проскочить, затормозили и, не доезжая до ворот, развернулись, чтобы тоже рассмотреть неожиданное явление. Постепенно унялись ругань и гневные тирады, исходившие от шокированных бойцов. Несколько мужчин с горящими факелами вылезли из сёдел и пешком, осторожно прошлись к повреждённому участку. Они поднесли светила впритык к огромной трещине, чтобы разогнать тьму и лучше изучить последствия аварийной просадки.