Книга Кровавая жатва, страница 208 – Никита Кита

Для Фёдора потеря потенциала вражеского оружия была лишь в радость. Пускай как можно больше бабочек сбежит, чтобы жуколовам пришлось заново их ловить и накапливать.

На дистанции в триста метров от восьмиколёсной повозки ехал вольер с тигром. Хотя формулировка «ехал» вряд ли подходила под происходящее. Судя по звучанию, клетка скорее тащилась по земле, а не катилась на колёсах. Похоже удары бомб и беснования дикой зверюги всё же опрокинули её на бок, и теперь тягловая рептилия волочила за собой не повозку, а огромный решётчатый плуг, которым попутно вспыхивала дорогу. На фоне лязга цепей, дребезжания металла и рёва бешеного монстра, слуга расслышал гул и шорох вспарываемой почвы. Всё это было чревато нанесением тигру ран и его самопроизвольным освобождением.

Фёдора устраивали оба этих сценария, однако бокаты покамест не сдавались и пытались всё же дотащить необузданное создание до города. Там они наверняка вновь усыпят его и произведут ремонт вольера.

Замыкал процессию кольчужный фургон с ищейками. Он плёлся сразу за опрокинутой клеткой и похоже его состояние было самым лучшим. Его главенствующий разум особо и не пытался разнести, понимая, что толку от этого будет мало. Собаки не разбегутся от своих хозяев и, в отличии от бабочек и тигра, их можно просто посадить на поводки.

Волочащейся клетка тормозила движение, однако собачники не спешили идти на обгон и бросать позади товарищей, ответственных за ящерку.

Тузики за кольчугой подняли лай из-за присутствия жучьего разведчика, однако гуманоиды оказались слишком заняты и утомлены, чтобы в таких условиях отвлекаться ещё и на охоту.

Когда первый динозавр выбежал из леса на восточное всполье, в городе раздался сигнал тревоги. Затрубил рог, чётко издавая три коротких и один протяжный гудок. Через секунду ему завторили другие трубы в других районах, в том числе на правом берегу. За какой-то короткий промежуток вся столица оказалась поднята на уши.

Кто-то из наездников прибывшей рептилии тоже обладал сигнальной трубой, и воспользовался ею, дабы ответить коллегам в поселении. Он издал необычную последовательность гудков, явно имевшую особое значение. Возможно, это был звуковой пароль, позволяющий определить свой перед тобой или чужой.

Ответный трубёж ночных визитёров не помог унять тревогу в городе. Сигналы горнов не стихали и даже более того — добавился беспокойный звон колоколов, доносящийся из пары мест.

Дежурная оса взлетела повыше, дабы видеть всю картину целиком. В разных точках, на улицах столицы зажигались огни. Бокаты выходили из зданий с масляными лампами или зажёнными факелами в руках. Особенно много светил виднелось рядом с источниками колокольного звона. Одно такое место было в центре северного квартала, за небольшой речушкой. Скопление высоких амбаров говорило о том, что там могли располагаться важные склады и зверинцы. Другой колокол звенел в глубине правительственного района, где-то около резиденции дэя. В западной половине поселения огоньки света быстро стекались отовсюду в одну точку. В восточной половине сонные горожане неторопливо бродили по улочкам, стучались в ставни к соседям, собирались в группы и совещались.

В общем, переполоху возвращены наделали немало. Наверное, их посчитали чужаками-вторженцами, и не мудрено — мало ли кто может заявиться к городу в такое время. В этом мире бандиты тоже могли владеть ящерицами и творить с их помощью что угодно. Да и от подлости со стороны соседних государств никто был не застрахован.