Книга Убийство в книжном, страница 71 – Анита Дэвисон

На комоде черного дерева стояло трехстворчатое зеркало, перед которым Лили-Энн делали свадебную прическу. Ханна в платье подружки невесты сидела тогда рядом на краешке кровати.

Туалетный столик выглядел странно пустым и бесконечно печальным без отделанных серебром щеток для волос и ручных зеркалец Лили-Энн. На глаза Ханны навернулись слезы.

Она протянула руку, чтобы коснуться единственного знакомого предмета на полированной поверхности – инкрустированной деревянной шкатулки, где Лили-Энн хранила памятные вещицы и украшения, которые не хотела держать в банковском сейфе с остальными драгоценностями. Камея, подаренная ей на четырнадцатилетие, кулон с подвеской из лазурита, брошь слоновой кости в форме руки, держащей цветок, бальная книжечка с истертыми уголками, вышитый платок.

Почти не задумываясь, Ханна нажала на защелку с нижней стороны шкатулки, открывающую потайной ящик в основании, где Лили-Энн хранила записки от Кавана, которые он посылал ей, когда они только начали встречаться. Поверх тонкой стопки распечатанных писем изображением вниз лежала открытка. На обороте было напечатано «Студия Хобарта». Перевернув ее, Ханна почти не удивилась, увидев обработанную сепией фотографию бледной девушки в египетском костюме и черном парике с выстриженной прямой челкой.

Услышав шаги в коридоре, Ханна быстро положила карточку в сумку, закрыла потайное отделение шкатулки и направилась к выходу из комнаты в тот самый момент, когда на пороге появилась горничная.

— Ох, извините, что помешала, мисс.

— Все в порядке. Не буду отвлекать вас от работы. – Ханна прошла мимо, опустив голову и стараясь не расплакаться. – Я просто прощалась с подругой.

— Конечно, мисс. Все это так ужасно и грустно. Думаю, вы будете по ней скучать.

— Вы правы. Я уже скучаю по ней. – Смаргивая слезы, Ханна попрощалась и поспешила вниз, где ее ждала тетушка и бесконечно терпеливый Хеммингс.

— Ограбление, которое ограблением не было, – проговорила тетя Вайолет.

Они неспешно прогуливались у воды, где кряканье уток прорывалось сквозь грохот машин и крики рабочих, доносившиеся с двух больших верфей выше по реке, в Стренд-он-де-Грин. Раньше на этих верфях делали прогулочные катера, пароходы и лодки для университетских гонок, но теперь там строили только военные суда для Королевского военно-морского флота.

— А таинственная гостья Кавана? – подхватила Ханна, просунув руку под тетушкин локоть и замедлив шаг, чтобы унять боль в ребрах. – Держу пари, это незнакомка с похорон. Интересно, кто она такая? И нет, Кавана я спрашивать не собираюсь.

— А что же ты собираешься делать?

Тетушка приставила ладонь козырьком ко лбу, наблюдая, как мимо в обе стороны скользят паромы и лодки, груженные солью и углем, и прогулочные пароходы, на палубах которых толпятся пассажиры, наслаждающиеся на удивление теплым днем.

— Все просто. – Из блокнота, который тетушка все еще сжимала в руке, Ханна выдернула листок. – Мы попросим этого парня, Гаппи, изложить свою версию событий.

* * *

Дом номер 73 по Риверкорт-роуд стоял в ряду других усадебных домиков поздневикторианской застройки с крошечными, но ухоженными палисадниками, окруженными каменной оградой в половину человеческого роста с кованой калиткой. Невысокая женщина, открывшая на стук, с подозрением уставилась на Ханну и ее тетушку. Ее волнистые темно-русые волосы были зачесаны назад, открывая высокий лоб, а юный и милый облик несколько портил грубоватый голос, раздавшийся, когда она ответила Ханне, нерешительно спросившей, дома ли ее муж.