Книга Тайна черного кеба, страница 51 – Фергюс Хьюм

Вскоре они покинули дом, и, когда Калтон посадил Мэдж на поезд до Сент-Килда, на душе у нее было намного легче, чем в начале дня.

Есть народная мудрость, гласящая: «Свой своего ищет». В пару этому высказыванию, наверное, подошла бы поговорка, звучащая так: «Чужой чужого за милю обходит». Но Провидение, столь охочее до того, чтобы пощекотать людям нервы, порой сводит чужих вместе, провоцируя вечные конфликты в союзах, члены которых никак не подходят друг другу. Горби был хорошим детективом и прекрасно сходился со всеми, кроме Килсипа. Оба они хорошо знали свое дело, оба были всеобщими любимцами и тем не менее ненавидели друг друга. Они были как вода и огонь, и каждый раз, когда они встречались, случалась какая-нибудь беда.

Килсип был высоким и стройным, Горби – низким и тучным. Килсип выглядел умным, а на лице Горби всегда сияла самодовольная улыбка, которая не позволяла ему выглядеть так же. И все же, как ни странно, именно эта улыбка оказывалась наиболее полезной для Сэмюэля Горби при достижении целей. Она позволяла ему достать информацию там, где попытки его внимательного коллеги были тщетны. Милая улыбка и вкрадчивый тон открывали Сэмюэлю путь к сердцам всех людей, а при появлении Килсипа люди обычно замолкали и спешно удалялись, как потревоженные улитки, в свои домики. Горби врал и недоговаривал, особенно в общении с теми, кто считал правду святой. Килсип же в свою очередь с его ястребиными чертами лица, черными сверкающими глазами, крючковатым носом и тонкими губами, сам поддерживал это мнение. Его кожа была бледной, а волосы иссиня-черными. В целом он представлял собой не самое приятное зрелище. В его умениях и хитрости таилось что-то змеиное. До тех пор, пока он вел расследование втайне от всех, ему сопутствовал успех, но стоило ему появиться открыто, как неудача настигала его. Таким образом, в то время как Килсип слыл более умным, Горби неизменно оказывался более успешным.

Поэтому, когда дело об убийстве в двуколке передали в руки Горби, Килсипа поглотила зависть. И когда Фицджеральда арестовали и оказалось, что все улики, собранные Сэмюэлем, говорят о его виновности, Килсип не смог спокойно смотреть на успех своего врага. И хотя он был бы и рад сказать, что Горби поймал не того, тем не менее улики выглядели настолько убедительно, что такая мысль не приходила ему в голову, пока он не получил от мистера Калтона записку с просьбой зайти к нему в офис вечером около восьми и обсудить это дело.

Килсип знал, что Дункан Калтон – адвокат заключенного, и догадывался, что тот ищет новые улики. Он решил пойти на все, о чем бы ни попросил Дункан, лишь бы доказать неправоту Горби. Он был так счастлив от одной лишь возможности восторжествовать над своим врагом, что, встретив его случайно на улице, остановился и пригласил его выпить. Такое неожиданное и необычное дружелюбие сразу возбудило у Сэмюэля подозрения, но, поразмыслив, он принял приглашение.

— Эх! – начал Килсип своим тихим мягким голосом, потирая тонкие белые руки, когда они сели за столик. – Как же вам повезло так быстро разобраться с этим делом об убийстве в кебе!

— Да, не буду скрывать, все сложилось очень хорошо, – сказал Горби, зажигая сигару. – Я и не представлял, что это будет так просто, – хотя все же я долго размышлял, прежде чем начать.