Онлайн книга «Колокол»
|
Тошнота подступала к горлу, Мария перевела дыхание. Она всё ещё кляла себя, что не остановила Жоэля, что на нём теперь большой грех, на нём, а не на ней. Воздух пах свежестью и дождём. Ветер волновал дрожащие листья; одни ещё прочно держались за ветви, другие уже пали, смешавшись с землей. «Как хорошо очищается земля, – думала Мария, – словно рождаясь заново, будто отмываясь от всего…» Вот бы и ей сейчас переродиться, отмыться от этих липких объятий; ей казалось, она до конца дней своих не забудет этой ужасной ночи. Дорога до кладбища не была протоптана – давно уже здесь не хоронили людей; тяжело шла тележка, тяжело дышал Франсуа Ланге. — Может, отдохнуть вам, отец? – Мария взглянула на него. — Не время, дочка, не время, выспимся ещё. Закопаем его и пойдём. Ланге знал, что сегодня никто не уснёт – ну, если только Жоэль. Издали показались надгробные камни; они маячили в темноте между деревьями и низкими оградами. Франсуа Ланге открыл калитку, подхватил тележку с покойником, которую еле удерживала Мария, и тихо поплёлся меж могил. Это было старое кладбище: почти все надгробья голые, одни надписи стёрлись, не разобрать, другие покрылись мхом и чёрной плесенью, и будто не лежал под ними никто – ни имён, ни дат. Ничего вскоре не останется, думал святой отец; нужно им будет, они и кладбище сровняют с землей. Никто им уже не указ – ни живые, ни мёртвые. Дома высокие, многоэтажные, давно надвигались на них с города, съедая по гектару леса за год. После поднялись жители, и рубить перестали, но нашли их пустырь; кто-то выкупил землю – значит, кто-то продал. Ланге и не знал, что эта земля была чья-то; для него всё, что ни есть, – божья земля. Найдя укромное место возле двух покосившихся надгробий, они остановили тележку. Та заскрипела, наклонилась набок, тело вывалилось и шлёпнулось на траву лицом вниз. Земля была податливая, мягкая, словно сама природа помогала спрятать им улики. Падре с Марией работали лопатами, Жоэль смотрел в пустоту, будто видел что в глубине леса, – он всегда так смотрел туда, куда не посмотрят другие. «Что он там видит?» – думала Мария, облокотившись на черенок; руки её устали и разболелись от плеч до запястий. Жоэль, ещё недавно так осмысленно колотивший этого негодяя, так яростно крича, сейчас бессмысленно смотрел сквозь неё. Опять он её не видит. Бедное дитя… И хоть и был этот ребёнок высок и статен, видела она в нём лишь мальчишку лет десяти. — Если тело найдут, – сказала Мария, воткнув лопату в мягкую землю, – я не выдам Жоэля, скажу, что сама… — Не смей, – одернул её Ланге, – и не думай об этом. Он уже решил, что, в случае чего, сядет сам. Хотя кто будет искать этого типа… наёмников никто не ищет. Хорошо пахла земля; не было в этом месте ни тревоги, ни страха. «Успокоились все», – думал Ланге. — Как здесь мирно, отец, – сказала Мария. — Потому что кладбище старое, нет здесь уже ни горя, ни страха, и никого нет. Даже тех, кто помнил усопших, давно забрала к себе смерть. Вдали громыхало волнистое небо, словно катало огромные бочки. Над лесом кружили, кучкуясь, птицы, большая стая чёрных ворон; вмиг заглушили они все звуки – и ветер, и грохот сгустившихся туч, и шелест сплетённых меж собою ветвей. — Ненасытные птицы, – смотрел на них падре, – давно для них не было здесь добычи… |