Книга Взаперти, страница 69 – Лора Кейли

Этого ещё не хватало!

Там, на другом конце очереди – полицейский автомобиль. Что полиции нужно в Отаго? У каждого города свой департамент.

Вдруг полицейский вышел из машины и пошёл вдоль всей колонны машин, заглядывая в каждое окно.

Они, наверное, уже получили ориентировку, думал Хорхе, он сейчас дойдёт до него. Хорхе медленно открыл дверь.

— Посиди здесь, хорошо? – сказал он малышке и вышел.

Рядом фургон с острым тако. Хорхе встал в очередь за какой-то седовласой мадам. У неё добрые глаза и пухлые руки, пучок на голове, очки на цепочке. Такие напоминают милых нянечек или учителей.

— Извините, – обратился он к ней.

Женщина обернулась.

— Я прошу прощения, еду с внучкой в Отаго.

— Мы все туда, – улыбнулась мадам.

— Вон она сидит в машине, – указал он на открытую дверь.

— Какая милая девочка, – сказала женщина.

Хорхе посмотрел на полицейского, приближавшегося к ним.

— Дело в том, – съёжился Хорхе, – я извиняюсь, мне надо отойти… По нужде.

Женщина поморщила нос.

— А внучку не с кем оставить. Не брать же её в мужской туалет. Но она до слёз как боится оставаться одна.

— Ой, да я присмотрю, – разулыбалась женщина.

— А вы не могли бы сесть на водительское, чтобы быть рядом с ней? Так ей будет спокойней.

— Конечно-конечно. – Женщина всмотрелась в лицо малышки. – Какая милая девчушка, – сказала она и пошла к машине.

Сам же Хорхе зашёл за фургончик с тако, чтобы видеть всё и чтобы его никто не заметил.

Женщина с малышкой сидели в машине. Мадам повернулась к ней и что-то говорила.

Полицейский уже приближался к ним. Ещё две машины, ещё одна… Мельком осмотрел салон. И прошёл мимо.

Сердце Хорхе опять забилось.

— Всё хорошо, – повторял он про себя, возвращаясь к машине, – всё хорошо, – шептал он, когда въезжал на паром, – всё хорошо, – бормотал он под нос, когда съезжал с него на тот берег.

— Всё хорошо, – брал он билеты на кассе вокзала Отаго.

Руки его дрожали, и голос, похоже, тоже.

Эти кассирши, храни их Господь, никогда не смотрят на тех, кому продают билеты, они устают от лиц.

Хорхе тоже устал, но всё так же вглядывался в каждое лицо. Нет ли слежки, нет ли полиции? Нет.

Взяв малышку за руку, он подошёл к таксофону. Ему нужно сделать звонок. После двух гудков – голос, хриплый и недовольный, такой, как всегда.

— Это ты, Хорхе? – ворчали на том конце телефона. – Я думал, ты таки сдох, старый дурак, – рассмеялся Карл.

Хорхе улыбнулся и повесил трубку.

С ними было всё хорошо.

В доме Карла он выгреб все деньги, тот не пожалел ничего. Ему понадобится немало наличных на первое время, и своих запасов могло не хватить. Храни Господь старика Карла и коротышку Расти.

— Всё будет хорошо, – шептал себе Хорхе, когда шёл к ленте проверки багажа, – всё будет хорошо…

Хорхе вспомнил всё.

Он бежал по вагону, и с каждым шагом ему казалось, что эта металлическая коробка будто растягивалась в длину, вагон стал бесконечно длинным, сводясь в перспективе в одну небольшую дверь. Его шаг тяжелел с каждым метром, воздух с каждым вздохом наполнялся свинцом, вставая поперёк лёгких.

— Если ты её не отпустишь, она умрёт! – звенел детский голос в его воспалённом мозгу.

— Приведи её к нам поиграть, – издевались детские голоса.

— Если ты её не отпустишь, она умрёт…

— А ты как сел в этот поезд?