Книга Жатва, страница 43 – Лора Кейли

Быть может, в Мэйленд вела и другая дорога, но Эбигейл знала лишь ту, что шла в объезд.

Последняя радиостанция зашипела на последнем издыхании и через минуту пропала совсем.

Тишина – ледяная, гнетущая, заходящая дрожью под кожу… И рядом с ней никого. Эбигейл кинула взгляд на пустое сиденье и ощутила такую тоску, которую никогда раньше не ощущала, если только в те моменты, когда вспоминала маму. Память о ней была такой тонкой, будто прозрачной. Она плохо помнила всё, что было до катастрофы. Врачи списали это на стресс. Порой ей даже казалось, что она потеряла тогда не мать, а отца.

«Ты просто хотела, чтобы умер он, а не мама, – сказала ей как-то подруга, – это твоё подсознание».

Нет, она того не хотела. Дело было в другом. Вот только в чём?

Темнота, повсеместная и безликая, поглотившая всё вокруг, уже слегка отступала, проявляя, будто на фотоплёнке, белые призраки древесных стволов.

Сколько она так едет, около часа?

Через пару часов рассвет.

Эбигейл уже пыталась бороться со сном, когда вдали что-то блеснуло. Она прищурилась, но не могла разглядеть. Какая-то звезда или луч. Педаль газа вдавилась в пол – Эбигейл шла за звездой, мчалась за ней, крепко сжимая руль.

Звезда вскоре погасла так же быстро, как появилась.

Что это было? Она сбавила скорость. Рябящая темнота превращалась в чуть просветлевшую серость. Вдали, на горизонте красным заревом поднимался рассвет. Она всё на той же дороге, и перед ней – ничего. Ничего, кроме деревьев и знака «Въезд запрещён».

Вот только… Она уже видела этот знак. Точно! Она уже его проезжала! Эбигейл остановила машину и достала бумажную карту. Дорога на ней была совершенно другой. Неужели она ездит по кругу? Она водила пальцем по карте, смотрела в окно и опять на неё. Мэйленд должен был находиться там, за тем кукурузным полем. Она помнила это поле ещё с детства, когда над ним пролетала, тогда она ещё удивилась, что город окружали такие поля, но проходила ли там дорога…

— Ну что ж, – вздохнула она, отложив старую карту, – если для тебя нет дороги, проложи её сам.

Эбигейл въехала в высокие травы и помчала прямиком на восход.

— Пожалуйста, примите таблетку, – медсестра подносит стакан.

Аманда запивает таблетку и отдаёт стакан медсестре. Та улыбается и кивает, окидывает взглядом палату, задерживается немного у двери, но всё же выходит.

— Вы проспите примерно четыре часа, я приду позже, – говорит она уже в коридоре и закрывает за собой дверь.

Туман в голове, путаность в мыслях – Аманде кажется, что всё это бред, кошмар, приправленный флёром реальности, или реальность, сдобренная кошмаром.

Шаги удаляются по коридору. Аманда подходит к зеркалу, склоняется над умывальником, засовывает два пальца в горло. Её выворачивает дважды, она споласкивает рот, вытирает его полотенцем. Берёт стул и подпирает им ручку двери.

Может быть, доктор был прав и ей только лишь показалось? Может, сумасшествие, охватившее город, передалось и ей, и скоро она так же покончит с собой? Нет, она не может этого сделать. Она должна найти Эбигейл… Ей опять вспомнилась эта девушка, теперь она уже не казалась настолько похожей. Хотя… Она уже не отвечала за свои мысли. Аманда обхватила руками пульсирующую голову и припала к стене. Если не верить себе, то кому тогда верить? Если она останется здесь, то уже никогда не узнает, где её дочь. Они и не думали её искать, они только делали вид.