Книга Пригород, страница 94 – Лора Кейли

Он без сознания, понял Льюис.

— Он без сознания, – сказал Хансон, – и убьёшь его ты.

Льюис отступил.

— Учись быть мужчиной, парень. Подумай, скольких ещё он может убить. И сколько лет в этом будет копаться полиция, пока не найдёт ничего.

У Льюиса всё сжалось внутри. Он не знал, кого ненавидел больше – того, кого хотел убить, или того, кто приказывал ему это сделать.

— Вот, – Хансон достал из-за пояса верёвку, – ты его придушишь, а потом…

— Придушу?

— Пистолет они засекут, да и откуда ему взяться у психа? С ножом будет много грязи, а так ты его придушишь, а потом мы его повесим. Скажут, что псих просто отдал концы. Да и кто его будет искать?

Льюис смотрел на Доусона. Тот будто крепко спал. Он не хотел его убивать, он хотел лишь забыть это всё и не возвращаться больше.

— Или ты хочешь, чтобы он ещё кого-то убил? Кто, если не ты, Льюис, кто, если не ты?

Льюис взял тугую верёвку и подошёл к Рони сзади.

— Ты должен почувствовать это, почувствуй его смерть, выпусти свою месть, давай же! – шептал ему Хансон.

Льюис сжимал верёвку в руках, потом сел рядом с телом, приподнял тому голову и накинул на шею петлю. Узел на ней уже был.

«Когда маленькая стрелка на шести, а большая на двенадцати», – крутилось у него в голове.

— Когда маленькая стрелка на шести, а большая на двенадцати? – посмотрел он на Хансона. – Что это значит?

— Это значит шесть! Затягивай быстрей, он сейчас очухается!

Льюис затянул узел, шея у Доусона покраснела, псих открыл глаза и посмотрел на него каким-то странным, даже радостным взглядом, будто он был рад видеть его.

Льюиса затошнило.

— Тяни давай, тяни! – кричал Хансон.

Льюис тянул, но Доусон не поддавался и беспрестанно что-то мычал. Он брыкался, как загнанный зверь, и Льюис ничего не мог с этим сделать.

У него не хватало сил.

— Души его!

У Доусона дрожали ноги, и весь он затрясся, глаза набухли от сильной натуги, из носа полилась кровь. Кровь текла по рукам Льюиса. Он его убивал. Он первый раз в жизни убивал человека.

— Отойди, – оттолкнул его Хансон, – так ты до утра его будешь душить.

Одним быстрым нажимом, мощным рывком Хансон затянул петлю так сильно и резко, что через каких-то пару секунд Доусон уже весь обмяк.

— Вот и всё, – сказал он, – теперь его надо только повесить. Давай, понесли его в ванную.

Рядом с домом послышался какой-то шум.

— Тихо! – шикнул Хансон, когда Льюис уже приподнял неподвижное тело. – Кто-то идёт!

Он подошёл к окну.

— Вот чёрт, репортёры…

— Мы ведём наш репортаж с порога дома Рони Доусона. Убийцы и психопата, недавно вышедшего на свободу…

— Будь здесь, я проверю, закрыта ли дверь. А ты вытри здесь пол и помой свои руки.

Хансон ушёл проверять, а Льюис так и остался с телом. Странным образом он не чувствовал страха, он не чувствовал почти ничего. Пошёл в ванную, нашёл какую-то тряпку, намочил её и вытер пол. Помыл свои руки, а после протёр и кран.

На правой руке маньяка он заметил часы. Механические Casio. Они не ходили, а стояли на шести.

— Когда маленькая стрелка на шести, а большая на двенадцати, будет шесть, – повторил он.

Он смотрел на маньяка Рони, и слёзы сами лились по щекам. Наверное, шок, подумал Льюис и сам не зная зачем потянулся к нему за часами. Они ему что-то напоминали, и без них он не вспомнит что.