Книга Найди меня, страница 54 – Энн Фрейзер

— Возможно, мать ему меня навязала. Она часто это делала. Моя мать не слишком умела обращаться с детьми, и быть рядом со мной для нее было изрядным стрессом. — Она сделала длинный глоток. — Я сейчас ясно помню тот день. Птицы, жара, камешки, которые я собирала. — Она закрутила пробку, снова мысленно перебирая те впечатления, стараясь следовать логике отцовского поведения. — Сейчас я совершенно уверена, что он избавлялся от тела.

Дэниел подавился водой, затем откашлялся.

— Это отвратительно.

В голосе его звучало недоверие, но ему приходилось учитывать, о ком идет речь.

— Могу поклясться, что даже сейчас чувствую тот запах разложения от его одежды, когда он за мной вернулся. Словно гниющая на дороге падаль.

— Я его тоже чувствую.

Они в изумлении уставились друг на друга, затем вскочили и принялись искать вокруг. Рени понимала, что, вероятнее всего, это дохлое животное, но она смотрела и на землю, ища следы могилы.

— Осторожно, здесь могут быть змеи, — предупредила она.

Глаза его расширились, но он ничего не сказал.

— В это время дня они спят в тени. Однажды я обнаружила змею у себя в грузовике, под торпедой.

— О нет.

Подозрительное место найти не так уж трудно, когда знаешь, что ищешь. Рени увидела его первой — углубление за огромной скалой, где земля была особенно рыхлой.

Они достали из багажника лопаты и начали копать, осторожно, на случай если все же имеют дело с местом преступления; оба время от времени делали шаг назад, чтобы отдышаться перед тем, как снова углубиться, разговаривать было некогда.

На глубине двух футов показалась одежда.

Взгляды их встретились. Безмолвно отложив лопаты, они принялись осторожно разгребать землю руками, и постепенно перед ними открылись длинные темные волосы и женское тело в джинсах и черной футболке, лежавшее вниз лицом, с руками за спиной.

Оно, без сомнения, не лежало здесь тридцать лет.

Обоих затошнило от жестокой вони, и они отползли подальше, чтобы отдышаться и переговорить.

— Сколько, по-вашему, она тут пролежала? — спросила Рени, пытаясь понять, откуда отец мог знать про эту женщину. Он нарисовал карту. Есть ли тут еще тела, более давние? Может, это поле смерти?

Зажимая нос, Дэниел ответил:

— Пару недель, может? Трудно сказать при такой жаре, но не больше месяца.

Когда произошло преступление, отец был в тюрьме.

Неужели это просто совпадение, что они отыскали место недавнего захоронения? Вряд ли. У отца остался сообщник на свободе? А может, он намеренно указал им это место, чтобы они нашли тело? А как же тело, от которого он избавлялся в тот день, день из ее памяти, если действительно избавлялся?

— Преступление могло быть совершено кем-то, кто помогал ему в прошлом, — сказала она. — Или кем-нибудь, кому он рассказал свою историю в тюрьме.

Такое иногда случается. Люди сближаются в условиях изоляции. Рассказывают друг другу о себе. У отца мог появиться ученик, который, выйдя из тюрьмы, продолжил его дело.

Идея, что кто-то продолжает дело ее отца, не укладывалась сейчас в голове Рени. Ей пришлось отбросить эту мысль, отпихнуть ее подальше, потому что если это действительно дань уважения, значит, Бенджамин Фишер ожил. Но ее отец мертв, а кто-то продолжает убивать молодых женщин.

Поразительно, какой эффект вызвало обнаружение тела. Два дня назад Дэниел не мог выбить людей для элементарного прочесывания местности, — что понятно. Статистика убийств в округе Сан-Бернардино выросла на сорок процентов, и правоохранительным органам не хватало людей из-за роста преступности и огромной вверенной им территории. Большие расстояния сами по себе осложняли полицейскую работу в Сан-Бернардино. Если вызываешь поддержку, пока кто-нибудь приедет, пройдет несколько часов. Большинство полицейских знали, что им никто не поможет. Что-то приходилось брать на себя егерям, но и их тоже не хватало. Всем приходилось сражаться со зноем, пространством и отдаленностью. Так что, разумеется, просьбу Дэниела отклонили. Убийца Внутренней Империи — лишь одно из старых нераскрытых дел, а пустыня Мохаве — самое большое поле смерти в Соединенных Штатах. Капитан Эдда Моррис любила говорить, что здесь покойников больше, чем на большинстве кладбищ. Но сегодня, после ночевки в пустыне — Дэниел спал в машине, а Рени в своей палатке, — здесь стало многолюдно. Теперь это уже не старое дело.