Книга Лондон – лучший город Америки, страница 27 – Лора Дейв

— Я оставил ей голосовое сообщение, что буду весь день с Бэррингером, пусть звонит ему. Довольна? И нет, – опередил он мой вопрос, – я уверен, что не попадусь.

Я задумалась. Сначала о том, что он попадется. Потом – о том, что он знает, что говорит. Наверное, он уже не раз так выкручивался.

Мы сели в машину, Джош за руль, я – на пассажирское сиденье. Хлопнула дверь.

— Знаешь, Джош, ты мне сейчас совсем не нравишься.

— А станет ли тебе легче оттого, что я сам себе сейчас не нравлюсь?

Из наших краев до штата Род-Айленд быстрее всего добираться по 287-й автомагистрали и потом до победного конца по 95-й (незабываемо тоскливый бросок через весь Коннектикут). Примерно через три часа мы проедем мою часть Род-Айленда и минут через пятьдесят будем у Паскоага.

На 287-й я опустила боковое стекло и выставила руку за окно, чтобы почувствовать ветер. Говорят, утро вечера мудренее, но в то утро в голове все никак не прояснялось. Я нервничала из-за спешки, из-за того, что увижу Элизабет и что она мне не понравится или еще хуже – понравится. Я боялась, если мы остановимся хоть на минутку, нам сразу станет ясно, что вся эта затея – большая ошибка.

Мне казалось, что Джош чувствует то же самое: он ехал слишком медленно, и нас постоянно обгоняли. Слева проехали уже два зеленых «сааба», универсал, минифургон с детьми. Дети смотрели в заднее окно и махали, Джош им ответил.

— Эмми, а помнишь, мы ездили в Аризону? Мне было лет тринадцать. А тебе, значит, восемь? Больше мы не ездили так далеко.

— Между прочим, после Аризоны мы ездили в Колорадо.

— Эмми, Колорадо ближе, чем Аризона.

— Какой ужас!

Джош покосился на меня.

— Ты и правда не знаешь?

— Джош, зачем ты стал рассказывать про Аризону? Или это повод покритиковать мои познания в географии?

— Какие познания в географии?

Я скорчила презрительную гримасу и отвернулась. Мальчик в минифургоне размахивал руками и кривлялся. Я тоже показала ему язык.

— Я начал рассказывать, потому что вспомнил, что в ту поездку ты придумала одну игру. Нужно было кричать «волк», если не знаешь марки проезжающей машины. Помнишь, как игра называлась?

— «Волк».

— Вот. Ты тогда проявила себя очень творчески.

Я закатила глаза, понимая, к чему он клонит. Странно, что я сразу не догадалась. Сейчас Джош произнесет очередную речь на тему: «Ты не должна тратить свои годы напрасно. Займись чем-нибудь творческим. Займись чем-нибудь».

— Джош, неужели ты думаешь, что вправе читать мне нотации, особенно сейчас?

— Кто читает тебе нотации? Никто не читает тебе нотаций. Я просто так сказал.

— Ладно, разбуди, когда наговоришься. – Я закрыла глаза.

— Ну вот всегда так, Эмми. Как еще объяснить тебе, что в Род-Айленде ты напрасно тратишь время? Ты просто не хочешь смотреть правде в глаза. Даже Мерил говорит…

Я открыла глаза и уставилась на него. Как он смеет приплести сюда еще и Мерил? Совсем потерял чувство реальности?.. Я постаралась не кипятиться.

— Джош, с какой стати ты мне указываешь? Кто тебе дал такое право? Забыл – ты сейчас сам по уши в… проблемах?

— В отличие от тебя я взрослый. Я – врач.

Я скорбно покачала головой и отвернулась. Не хотелось продолжать препирательства в том же духе. Ничего нового: Джош хочет, чтобы я уехала из Род-Айленда, чтобы я занялась чем-то «стоящим». По его меркам, моя жизнь была на грани клиники, но почему? В Род-Айленде возможностей предостаточно. Что я такого могу сделать в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе, чего нет в Род-Айленде?