Книга Лондон – лучший город Америки, страница 20 – Лора Дейв

— Работаю в магазине рыболовных товаров в Род-Айленде.

— Вот как, – сказали они хором и переглянулись.

Бармен поставил передо мной поднос с текилой.

— Ну ладно, отнесу этот заказ и мигом вернусь за следующим, – сказала я.

Подружки снова переглянулись и расхохотались, пожалуй, слишком громко. С другой стороны, а чего еще я хотела в ответ на неудачную шутку? Или на жалкие подробности своей жизни?

За столом отец рассказывал о Джоше. Я поставила поднос и тихо села рядом с Бэррингером. Он мельком улыбнулся мне и отвернулся слушать моего отца. Я застала только конец истории: речь шла о первом бейсбольном матче за университет. За всю игру Джош не дал противникам ни одного очка, но на последней подаче его команде забили хоум-ран. Отец заканчивал историю словами:

— Джош подскочил к беттеру, выхватил у него биту и сломал об колено. Джош думал, что она набита пробкой, раз мяч улетел так далеко.

Все рассмеялись. А мне было невесело. Неужто все мальчишники такие искрометные?

— Друзья детства? – спросил Бэррингер, наклонившись ко мне.

Я пожала плечами и отпихнула его, чтобы взять с подноса текилы.

— Какая тебе разница?

— Ты расстроена.

Не отвечая, я опрокинула в себя текилу и потянулась за новой. Я хотела спросить, помнит ли он Стейси и Шейлу, рассчитывая на то, что он не помнит и что мне станет от этого легче, однако Бэррингер наклонился ко мне и прошептал на ухо:

— Некоторые, узнав, что я шеф-повар, меняются в лице и спрашивают, что же я люблю готовить. Если бы я сказал, что готовлю очень сложные блюда, например, утиное магре под апельсиновым соусом, или перепелов с трюфелями, или фуа-гра и так далее, им бы это понравилось. Им было бы приятно слышать о такой карьере.

— И что же ты им отвечаешь?

— Арахисовое масло. Желе.

Я рассмеялась и почувствовала легкий трепет: его были губы очень близко от моего лица. Я отклонилась назад и посмотрела ему в глаза.

— Бэррингер, а не хочешь ли ты мне кое-что рассказать?

— Да что угодно, – ответил он с улыбкой.

— Ты видел Элизабет?

Бэррингер промолчал, и я уточнила:

— Девушку Джоша?

— Эмми, о таких вещах тебе лучше говорить с самим Джошем.

Джош тем временем опрокинул в себя еще одну текилу, и его лицо стало совсем багровым.

— Джош занят, – ответила я, кивнув в его сторону.

Бэррингер покачал головой. Он больше не смотрел на меня и не улыбался.

— Что? – продолжала я. – Она такая классная?

Он нехотя повернулся ко мне и грустно кивнул.

— Да, классная.

Я уставилась в пустой стакан, думая о Мерил. Две недели назад она приезжала в Нью-Йорк на окончательную примерку, мы встретились на полпути – в Хилтоне на юге Коннектикута. За обедом Мерил с воодушевлением рассказывала об удивительном документальном фильме, который она посмотрела недавно в Лос-Анджелесе. Одному режиссеру очень понравился роман забытого писателя, но никто не знал, где автор, двадцать лет прозябавший в неизвестности. Чтобы найти писателя, режиссер объездил всю страну. Мерил решила, что нам нужно сегодня же посмотреть этот фильм вместе. Ближайшее место, где его показывали, оказалось в полутора часах езды, в Нортхэмптоне. Мне очень понравилось в чудесном старом кинотеатре, и я была бесконечно благодарна Мерил – лучшему человеку на свете.

— Думаю, Джош всегда планировал вернуться к Мерил, потому и позволил зайти себе далеко, – сказал Бэррингер. – Он теперь все понял и хочет поступить правильно.