Книга Лес Самоубийц, страница 143 – Джереми Бейтс

— Я не готов.

— Ты ее любишь?

Серьезно? Я действительно говорю об этом с Джоном Скоттом?!

— Так любишь?

— Да, люблю.

— То, что ты потерял брата, не значит, что ты потеряешь Мел.

— Я и не считал так.

— О нет, считал. Я знаю. Я был в той же шкуре. Некоторые люди, потеряв близкого человека, начинают бояться одиночества. Они становятся цепкими, липкими, стараются ничего в жизни не упустить, сидят на одном месте. Другие, как ты и я, ведут себя с точностью до наоборот. Мы начинаем бояться близости. Мы не чувствуем вкуса жизни, отталкиваем людей. Мы считаем, что нам не придется снова переживать боль утраты, если мы никого не будем подпускать к себе.

Я много раз слышал всю эту чепуху популярной психологии, однако теперь, после всего пережитого в этом лесу, когда я рисковал навсегда потерять Мел, эти заезженные фразы звучали будто откровение.

Я постоянно отталкивал Мел, точнее, совместную жизнь с ней. Я был так сосредоточен на будущем, на всем том, что могло произойти или не произойти, что утратил способность жить в настоящем, и теперь…

Издалека донесся крик.

Я вскочил на ноги.

— Это Нина, — воскликнул Джон Скотт, указывая рукой туда, где кричали. — Там!

Я схватил копье и фонарик.

Джон Скотт тоже поднялся.

— Останься и дождись полиции, — сказал я ему.

— Черта с два!

— У тебя нога сломана, придурок!

— Я такое не пропущу!

Времени на препирания не было. Я развернулся и побежал в сторону леса.

— Итос! Погоди! — Джон Скотт трезво оценил свою скорость передвижения, снял со спины рюкзак и протянул мне. Из-под клапана торчали три секции от палаточного каркаса. — Я успел их хорошенько заточить.

Я закинул рюкзак на плечо.

— Спасибо… Джон.

— Давай. Сохраняй хладнокровие. И выбей дерьмо из этих ублюдков.

Освещая путь лучом фонарика, я старался передвигаться как можно быстрее в темном месиве из веток, кустов, корней и осколков магмы. Я понимал, что Мел ушла с Акирой против своей воли. Он увел ее насильно, упирающуюся и кричащую. Возможно, он ударил ее по голове — самый простой способ справиться с сопротивляющейся жертвой.

Джон Скотт сказал, что слышал крики, но неизвестно, когда это было: во время допроса Хироши и штурма нашего укрытия или позже, когда я валялся без сознания. Я надеялся, что Мел была в обморочном состоянии. Мне казалось, что это могло защитить ее, хотя бы в первое время. Не будет же он насиловать ее в таком положении? Или будет? По меньшей мере, будучи без сознания, она бы не осознавала, что ее украла и тащит в глубь Леса Самоубийц банда дикарей.

С Ниной, к сожалению, было по-другому. Я не сомневался, что отчаянный крик, услышанный нами десять минут назад, принадлежит именно ей. Так что случилось? Акира начал над ней измываться? Но в этом случае она должна была бы кричать, не останавливаясь, на протяжении всего процесса, да и некоторое время после, ведь так?

Я бежал уже двадцать минут. В легких, пострадавших от дыма и горячего воздуха, будто горел бензовоз, ноги, особенно бедра, немели от напряжения. Я вошел в какое-то медитативное состояние: правой, левой, выдох на третий шаг (осторожно, ветка!), повторяй… Я старался не размышлять над тем, сколько мне еще нужно пройти, не сбился ли я с пути. Подобные мысли приводят лишь к нерешительности, невозможности действовать. Единственной правильной стратегией было продолжать движение. Бежать до тех пор, пока я не найду Мел и Нину, бежать, не обращая внимания на боль.