Книга Княгиня Заречная. Дом жениха выбрал другую, страница 84 – Виктор Громов

Елизавета замерла.

Это была уже знакомая дата.

— Доступ к записи имели? — спросил Кривцов.

Гавриил раздражённо ответил:

— Я хранитель архива.

— То есть да.

— Да.

— Вы увидели обновление раньше Михаила?

— Запись не проявлялась полностью.

— Это не ответ.

— Да.

Михаил повернул голову.

— Вы знали три недели назад?

Гавриил посмотрел на него.

— Что Белогорская линия дала отклик — да.

Тишина стала тяжёлой.

Елизавета первой спросила:

— И ничего не сделали?

— Я проверял.

— Что?

— Возможность ошибки.

— Три недели?

— Родовые книги не обязаны объясняться по первому запросу.

Варвара вспомнила день у ворот. Как Гавриил побледнел. Как слишком быстро предложил повторить процедуру. Как сказал, что знает многое, чего предпочёл бы никогда не видеть в действии. Он уже понимал.

Не всё. Но достаточно.

— Вы знали, что кто-то из Белогорских жив, — сказала Варвара.

— Я знал, что линия откликнулась.

— И вспомнили Аркадия.

Гавриил сжал губы.

— Да.

Краска сошла с лица Елизаветы.

— Вы знали, что у него была дочь?

Несколько секунд ушло на молчание.

— Знал.

Михаил закрыл глаза. На одно мгновение. Варвара ощутила эту реакцию почти физически.

— Ваш отец писал моему? Тарасу Матвеевичу? — спросила Елизавета.

— Да. После того как Аркадий уехал, писем было несколько.

— Вы их читали и знали обо мне?

— Не все письма. Но о вас знал.

Елизавета отвернулась. Не заплакала. Варвара уже знала: когда ей было по-настоящему больно, она становилась тише.

— Значит, в первый день, — произнесла она, — когда вы сказали, что Белогорских нет…

Гавриил посмотрел на неё.

— Я не знал, что вы живы.

Елизавета медленно повернулась обратно.

— Но знали, что я родилась.

— Да.

— И не сказали.

— Нет.

— Почему?

Он не ответил.

Варвара сказала:

— Потому что тогда пришлось бы объяснить, почему в книгах род считается угасшим.

Гавриил посмотрел на неё.

— Не только.

— А что ещё?

— Всё.

Одно слово. Впервые он произнёс его без защиты. Михаил подошёл к столу.

— Начнём с писем.

Гавриил замер.

— Каких?

Андрей усмехнулся.

— Вот теперь даже я обиделся.

Михаил не улыбнулся.

— Письма с моей подписью.

— Я уже сказал…

— Вы сказали, что не знаете, откуда они появились.

— Не знаю.

Кривцов открыл ещё один журнал.

— Тогда объясните контрольные оттиски.

Гавриил побледнел. Варвара повернулась к Кривцову. Этого она ещё не знала. Он явно оставил находку до момента, когда сможет проверить всё.

— Какие оттиски?

— При ремонте оправы личной печати Михаила Андреевича мастер обязан был проверить знак после установки.

Между бровями Михаила появилась складка.

— Да.

— Делается несколько пробных оттисков.

— Сколько?

— По журналу мастерской — шесть.

Гавриил закрыл глаза. Совсем ненадолго. Но этого хватило. Кривцов продолжил:

— Два находятся в книге проверки. Один забрал мастер как образец работы и позднее вернул. Три должны были быть уничтожены хранителем архива.

Андрей тихо выругался.

Михаил смотрел только на Гавриила.

— Вами.

Тот не ответил.

— Вами? — повторил Михаил.

— Да.

— Уничтожили?

Ответом стала короткая тишина.

Варвара почувствовала, что ответ уже прозвучал.

— Нет, — сказал Гавриил.

Елизавета медленно села. Сергей Андреевич опёрся ладонью о край стола. Анна Святославовна побледнела. Михаил не двинулся.

— Зачем сохранили?

— На случай необходимости.