Книга Княгиня Заречная. Дом жениха выбрал другую, страница 6 – Виктор Громов

Ничего не объяснял. Не торопился заверять. Просто сказал:

— Я не знаю, что это.

И Варвара ему поверила. Проблема от этого стала даже хуже. Если глава дома не знает обязательства, которое его собственная родовая система ставит выше его решения, значит, либо в Северинском доме очень плохо ведут архив, либо кто-то когда-то сделал всё возможное, чтобы действующий глава никогда не прочёл нужную страницу.

— Где хранятся обязательства, способные блокировать признание брака? — спросила она.

Кривцов за её спиной очень тихо выдохнул. Вот теперь он услышал знакомый язык. Гавриил Клеменьев ответил:

— В книге старших связей.

— Где книга?

— Во внутреннем архиве.

— Принесите.

— Княгиня, такие книги…

— Гавриил Тарасович, — перебил Михаил, — принесите.

Хранитель встретился с ним взглядом. На этот раз пауза получилась слишком длинной.

— Да, ваше сиятельство.

Он ушёл. Сергей Андреевич проводил его взглядом. Варвара это тоже заметила.

— Вы что-то знаете? — спросила она.

Дядя Михаила хмыкнул.

— Если бы знал, сказал бы.

— Все так говорят перед тем, как выясняется обратное.

— Варвара Павловна, вы собираетесь допрашивать весь дом прямо у ворот?

— Пока дом допрашивает меня первым.

Сергей Андреевич впервые улыбнулся.

— Михаил предупреждал.

— Что именно?

— Что рядом с вами неприятно иметь семейные тайны.

— Очень разумное предупреждение.

Михаил повернулся к Варваре.

— Мы можем отложить всё до завтра.

Она посмотрела на него. Вот теперь предложение задело. Не потому, что он хотел отступить. Она услышала другое: он давал ей возможность уйти из-под чужих взглядов, если происходящее стало слишком личным. И это было почти хуже.

Потому что хотелось согласиться. На несколько часов перестать быть княгиней Заречной, которая умеет превращать любую неприятность в таблицу вопросов. Закрыться в приготовленном для неё кабинете. Спросить Михаила без свидетелей, существует ли хоть какая-то женщина, имя которой он мог забыть упомянуть.

Абсурд. Если бы такая женщина существовала, Михаил не стоял бы сейчас рядом с выражением человека, которому хочется открыть собственный архив ломом.

— Нет, — сказала Варвара. — Завтра эта надпись станет не менее неприятной. Только у нас будет на одну ночь больше для плохих предположений.

— Хорошо.

— И перестаньте так спокойно соглашаться.

— Вы только что отказались от предложения отложить.

— Я знаю.

— Тогда в чём моя ошибка?

— Пока ищу.

Он едва заметно коснулся костяшками пальцев её руки. На публике. Не взял за руку. Не попытался успокоить, а просто коснулся. Варвара почувствовала, как внутри что-то наконец встаёт на место.

Пусть дом разбирается со своими обязательствами. Михаил свой выбор уже сделал. Через десять минут Гавриил Клеменьев вернулся вместе с двумя архивными служащими. Книгу несли в деревянном футляре. Большую, обитую потемневшим металлом, с десятками боковых закладок и цепочкой родовой печати.

Кривцов мгновенно оказался ближе.

— Игнат Савельевич, — предупредила Варвара.

— Я только смотрю.

— Вы никогда только не смотрите.

— Именно поэтому от меня есть польза.

Гавриил установил книгу на небольшой каменный стол возле ворот.

— Книга старших связей содержит обязательства дома Северинов перед другими родами, которые не прекращаются простой сменой главы.