Книга Княгиня Заречная. Дом жениха выбрал другую, страница 10 – Виктор Громов

У Гавриила сейчас получалось хуже.

— Такого имени нет в родословной книге, — произнёс он.

— В вашей? — спросила Елизавета.

— В официальной.

— Тогда неудивительно, что вы меня не ждали.

Михаил сделал едва заметное движение рукой. Не приказ замолчать. Скорее предупреждение всем остальным: дальше разговор пойдёт по его правилам.

— Мы продолжим не у ворот, — сказал он. — Варвара Павловна, ваши люди размещаются в западном гостевом крыле. Бажен может проверить помещения и входы прежде, чем туда внесут вещи. Игнат Савельевич…

— Останусь, — без колебаний сказал Кривцов.

— Я собирался предложить то же самое.

— Рад, что мы начинаем понимать друг друга.

При других обстоятельствах Варвара позволила бы себе улыбнуться. Сейчас ей мешала Елизавета. Не сама женщина. Футляр в её руках. Если она действительно привезла документы, то всё становилось гораздо неприятнее. Живую женщину можно было объявить самозванкой. Старый герб — ошибкой. Родовую реакцию — сбоем.

Документ превращал неприятность в основание. Михаил повернулся к Елизавете.

— Вы войдёте как гостья дома до окончания проверки. Это не признание титула и не подтверждение ваших требований.

— Я понимаю.

— Оружие есть?

Впервые Елизавета растерялась.

— Нет.

Бажен посмотрел на неё с профессиональным сомнением.

— Проверим.

Елизавета перевела взгляд на него, затем на Михаила.

— Проверяйте.

— Футляр останется у вас, — продолжил Михаил. — Но в помещении архива его откроют при свидетелях.

— Я ради этого и приехала.

— И ещё одно.

Теперь голос Михаила изменился едва заметно, но Варвара уловила это сразу. Он всё ещё говорил как глава дома, однако следующая фраза предназначалась не только Белогорской. Она предназначалась всем Северинам, стоявшим во дворе.

— Запись в старой книге не определяет, на ком я женюсь.

Сергей Андреевич нахмурился. Анна Святославовна только чуть подняла подбородок. Гавриил опустил глаза. Елизавета сказала:

— Хорошо.

Михаил посмотрел на неё.

— Что именно хорошо?

— Что это вы сказали первым. Иначе мне пришлось бы объяснять, что я тоже не собираюсь выходить замуж за незнакомого мужчину ради исправления чужих архивных ошибок.

На этот раз Варвара всё-таки почувствовала, как в груди отпускает что-то неприятно сжатое. Совсем немного. Ровно настолько, чтобы тут же разозлиться на себя. Она прекрасно знала, что Михаил не станет рассматривать древнюю запись как брачный приказ. Знала ещё до того, как он произнёс это вслух. Но человеческая часть Варвары, не имевшая никакого отношения к родовым правам, официальным трактовкам и книгам обязательств, всё равно с облегчением услышала отказ от обеих сторон.

Это было неудобно. Зато честно.

— Тогда у нас уже есть первое совпадение интересов, — сказала она.

Елизавета впервые посмотрела на неё без настороженности.

— Какое?

— Никто из присутствующих не хочет выполнять ту часть договора, которую мы пока даже не понимаем.

— Варвара, — произнёс Михаил.

— Что?

— Вы уже включили себя в проверку.

— Разумеется.

— Это мой родовой архив.

— А в нём записано обязательство, которое не пускает меня в ваш дом как вашу невесту. Боюсь, вы слишком поздно попытались назвать это исключительно семейным делом Северинов.

Кривцов кашлянул. Бажен отвернулся. У Михаила в глазах мелькнуло то выражение, которое появлялось, когда Варвара говорила нечто неудобное и безупречно логичное.