Книга Сделка со Смертью. Муж воскрес и изменил, страница 59 – Кристина Юраш

Он остановился возле кровати.

Я почувствовала, как матрас слегка прогнулся под моей попыткой отползти ещё дальше. Но двигаться было уже некуда. Смерть смотрел на меня сверху вниз, и я не могла понять, что именно его интересует: моё измученное лицо, забинтованные руки или то, как тяжело я дышу.

Но я не смогла произнести ни слова.

Смерть наклонился.

Я увидела, как он протягивает руку, и от ужаса зажмурилась. Ведь я уже знала, какими холодными бывают его пальцы. Именно ими он касался моего лица во время ритуала, когда решал, сколько стоит возвращение Игниса. Именно эти руки могли отделить душу от тела так легко, словно для этого не требовалось никаких усилий.

Я сжалась ещё сильнее, ожидая прикосновения.

А потом почувствовала, как его холодная ладонь легла мне на лоб.

Холодная ладонь Смерти лежала у меня на лбу, а я боялась пошевелиться. Его пальцы касались кожи возле виска, и от этого прикосновения становилось удивительно приятно. После нескольких часов жара и мучительной слабости холод казался настоящим спасением, хотя я прекрасно понимала, кому принадлежит эта рука.

Наверное, именно так он и забирал людей. Прикасался, а потом душа покидала тело. Я вспомнила, как во время ритуала из моей груди появилось бледное свечение, и невольно вцепилась в одеяло.

— У вас обычная простуда, мадам Лиза, — заметил Смерть, внимательно разглядывая меня. — Холодный каменный пол, холодный ветер на похоронах… Признаться, после того, как вы несколько часов ползали по камням и совершенно не заботились о собственном здоровье, другого результата я бы не ожидал.

Я несколько мгновений смотрела на него, пытаясь осмыслить услышанное. Ведь ещё совсем недавно мне казалось, что я умираю, а теперь Смерть с таким спокойствием рассуждал о простуде, словно был обычным доктором, которого вызвали к заболевшей даме.

— Простуда? — переспросила я, едва ворочая пересохшим языком. — То есть я… я просто простудилась?

Он слегка повернул мою голову, проверяя, насколько горячая кожа возле виска, а затем вновь приложил ладонь ко лбу. Я невольно прикрыла глаза. Мне было стыдно признаваться даже самой себе, насколько приятно оказалось его прикосновение. Особенно после того, как я едва не умерла от ужаса, ожидая, что сейчас он заберёт мою душу.

— Да, мадам. У вас жар, слабость, воспалённое горло. Совершенно обыкновенная простуда, — сообщил Смерть, продолжая осмотр с таким видом, словно имел полное право находиться возле моей постели. — Учитывая ваше отношение к собственному здоровью, я даже несколько удивлён, что вы продержались так долго.

Я с облегчением выдохнула. Значит, дело было не в договоре? Не в том, что оставшееся время закончилось? Неужели я действительно просто заболела?

Но стоило мне подумать об этом, как появилась новая, совершенно отвратительная мысль.

— Значит, я умру от простуды? — простонала я, чувствуя, насколько обидно звучат эти слова. — После всего, что со мной случилось? После Смерти, ритуала, воскрешения мужа… Я умру от какой-то несчастной простуды?!

Смерть приподнял бровь. Я заметила, что он явно собирается что-то сказать, и поспешила продолжить, пока не услышала очередную издёвку.

— А можно умереть от чего-нибудь менее обидного? Ну хоть от чего-то приличного! Ещё скажите, что я соплями захлебнусь во сне! Представляю, какая замечательная получится последняя страница моей жизни!