Онлайн книга «Замок над морем»
|
Спускать Давертам смерть родной кровиночки предстоящий Эльнор не собирался. Но что делать? Можно ли рассчитывать на поддержку власть имущих? Нет, пока нет. Никто не любит проигравших. А что можно сделать здесь и сейчас? Только одно. Исчезнуть. Раствориться в нетях так, чтобы Даверт его не нашел в ближайшие два года. Это вполне возможно. Доверенные лица у Эльнора есть, они продадут все, принадлежащее ему, и поместят деньги под проценты к надежному человеку. Но просто так растворяться – скучно. Как можно достать Эттана? Ответ прост. Через его детей. Даверт сейчас будет родниться с кем-нибудь из власть имущих наверняка. И легче всего начать с его дочери. Лаис или Карст? Наверное, Карст. Там у Эльнора крепкие позиции, там есть несколько тьеров, с которыми его связывают дела, а еще… Еще у герцога Карста есть сын. Молодой, лет пятнадцати от роду, и что самое приятное – не вполне в здравом уме. Эльнор знал это, поскольку был личным духовником герцогини, давно, еще лет двенадцать назад. И утешал бедную женщину как мог. Но других-то наследников у Карста нет! План мести начинал постепенно оформляться. Ты убил мою дочь, Даверт? Ну так твоя будет мечтать о смерти! * * * Преотец в этот момент не думал о бывшем конкуренте. Он проглядывал бумаги и хмурился. — Доходы падают, – строго заметил он казначею. Предстоящий Синор – а кто еще может быть казначеем в Тавальене, кроме высших храмовых служителей? – горестно вздохнул. — Да, люди теряют веру. Не желают платить десятину, не жертвуют на Храм, не покупают священных знаков… — Это плохо, – наставительно заметил Эттан. – Веру надо укреплять. Предстоящий промолчал, но взгляд его был более чем выразителен. Укреплять! Это тебе что – стена крепостная? Вот так легко сказать – укреплять! А как? Ходить и каждого лично убеждать, что Арден есть? Так больше сапог стопчешь, чем людей убедишь. И проповеди не помогут. Даверт хоть и талантливый оратор, а только народ нынче ничем не проймешь. Арден Арденом, а медяки в кармане не забренчат, сколько ты Символ Веры ни тверди. Эттан покачал головой. — Синор, Синор, ну почему вы обо мне так плохо думаете? — Пресветлый, – растерялся предстоящий, – я не… — Конечно, плохо. – Эттан вроде бы беззлобно подшучивал над казначеем, но опасные огоньки поблескивали в глубине желтых глаз, заставляя беднягу поеживаться, словно за шиворотом у предстоящего бегали муравьи. – Вы думаете, что я просто говорю и не могу предложить никакого выхода. А он есть, обязательно есть. — Н-но… какой? — Да самый простой. Народу нужно чудо. Слова могут убедить тех, у кого есть разум, а быдлу нужно что-то грубое и осязаемое. Что-то, к чему можно прикоснуться, потрогать, опять же, если десяток-другой недоумков вылечатся от тяжелой болезни при полном скоплении народа… — Преотец! – Синор глядел на Эттана почти влюбленными глазами. – Можно ведь устроить богослужение, провезти реликвию по городам… — А еще организовать отдельные сеансы для тех, кто не желает поклоняться святыне вместе со всяким быдлом и готов жертвовать ради своей прихоти. И жертвовать щедро, – согласился Эттан. – Обдумайте, что именно можно провезти. — Эм-м-м… Зависит от того, на кого мы рассчитываем. Бабы или мужики? Мужикам надо что-то, дарующее удачу в битве… |