Книга Двуликие: Дева Завесы, страница 70 – Алекс Джиллиан

— И много вы знаете об Аскарах? — ухватилась Мира. — И о тварях Завесы, что принесли нас сюда? Леор говорил об уговоре с Лесом, но крылы, ходари и прочие монстры живут не в Черном Лесу, а прорываются сквозь него на наши земли. А вас… вас не трогают.

Ингрид вышла из-за стола и неторопливо приблизилась к раскрасневшейся Мирославе. От женщины пахло сушеной полынью и сладостью лесных ягод.

— Леор защищает нас, — глядя Мире в глаза, ответила целительница, но девушка ей не поверила. — Он сильнее, чем кажется…

Дамир громко отодвинул стул. Скрежет дерева о пол прозвучал резко, обрывая вкрадчивую речь женщины.

— Хватит расхваливать своего патлатого брехуна, — отрезал он, буравя Ингрид тяжелым взглядом. — Мы уже поняли, что он у вас тут самый важный. Только нам-то что с того? Мы сейчас наедимся до отвала и ляжем спать. А завтра поговорим о моем отце и о его обещании.

Ингрид перевела взор на Дамира. Маска совершенства на её лице на миг дрогнула, обнажив глубокую печаль. Она смотрела на его руки, на широкие плечи, но будто видела в нем кого-то из прошлого.

— Твой отец умел слушать Лес так, как не умел ни один чужеземец. И то, что ты вернулся… — она на мгновение задержала взгляд на Мире, — означает, что круг замыкается. Леор видит нити судьбы яснее, чем любой из нас.

— Какие еще нити? — вскинулся Дамир, но Яромир положил руку ему на плечо.

— Ингрид, — парень подал голос впервые за вечер. — В других долинах тоже живут такие, как вы?

— Долин много. Как аскарские князья делят между собой города, так и наш народ имеет свое старшинство и земли. Но Тиходолье — сердце этих земель. Здесь тени не имеют власти, пока Сердце Долины бьется в унисон с кровью Леора.

Она указала на стол, где помимо каши стояли деревянные чаши с крупной малиной и необычной синей рыбой, запеченной в листьях хрена.

— Ешьте дары долины. И помните: не открывайте дверь на зов. Ночь здесь принадлежит не только нам.

Когда она вышла, Мира почувствовала, как в избе стало холоднее. Дамир плотно задвинул засов на дверях, а Рада, наконец, отошла от окна и присела на край лавки, нервно поправляя подол платья.

— Слышали? — прошептала она. — Она так о нем говорила, будто он их единственное спасение. Хотя, если честно, остальные мужчины у них… вроде и ладные, но рядом с Леором как блеклые тени.

— Красиво поет, да жестко спать, — вернувшись за стол, буркнул Дамир и пододвинул к себе блюдо с рыбой. — Мира, ты чего застыла? В ногах правды нет.

Девушка села рядом с ним, но взгляд её был прикован к закрытой двери, за которой зловеще завывал ветер и ласково шептала тьма.

Ужин прошел в тяжелом молчании. Синяя рыба оказалась нежной, а ягоды буквально таяли на языке, но Мира едва чувствовала вкус. Каждый шорох за стенами заставлял её вздрагивать.

Яромир первым закончил трапезу и принялся осматривать засовы на окнах.

— Ложитесь, — скомандовал он глухо. — Я подежурю первую половину ночи. Дамир, ты сменишь меня, когда свечи догорят до этой отметки.

Мира переоделась в шёлковую ночную рубашку, что нашла в шкафу, и устроилась на удобной кровати, укрывшись легким, словно перышко, одеялом. В шелках и на мягком, как барская перина, матрасе спать ей еще не доводилось, но, несмотря на усталость, сон не шел.

Перед глазами стояла чешуя на шее Леора, заостренная форма его ушей и хищная улыбка, пару раз промелькнувшая на красивых мужских губах. Она раз за разом прокручивала в голове его загадочные вкрадчивые речи, пытаясь понять их потаённый смысл, но он неуловимо ускользал, стоило ей за что-то зацепиться.