Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 75 – Алена Шашкова

Как же я разозлился, когда мне пришлось ее искать! Особенно в тот момент, когда вот-вот должна была пропасть еще одна девушка. А оказалось, что она отправилась… ко мне?

К счастью, она не знала этого.

— Она просила о личной аудиенции, — произносит Гридер. — И оставила вам письмо.

Я достаю из внутреннего кармана уже заготовленный конверт и передаю камердинеру.

— Отправь ей так, чтобы она получила его лично. Из рук в руки.

Гридер кивает, но, как обычно, не уточняет ничего: он знает, что если ему о чем-то нужно будет знать, я скажу.

Еще раз брызгаю себе в лицо холодной водой и иду в артефакторную.

Я не планировал менять сердцевину раньше, чем через полгода. Но… опять все та же молодая особа. Мои блокираторы не выдерживают долгого и близкого нахождения с ней рядом.

Первый раз я это почувствовал, когда мы вместе ехали на этом ворчуне Громе. Я списал это на следствие нападения на меня накануне, поэтому просто немного подлатал крепления и успокоился.

Танец с Элиз зародил во мне сомнения, а вчерашний вечер расставил все по местам. Блокиратор едва не дал трещину, когда я был в сантиметре от губ Элиз. Все дело в ней. Мне надо держаться от нее подальше, чтобы она была в безопасности.

И я не могу держаться от нее подальше, потому что не уверен, что тогда она будет под защитой.

Бездна!

Я плотно закрываю за собой дверь артефакторной, запирая ее закольцовывающим замком — он создает определенный щит, которого хватает на пару минут, за которые я переодеваю наручи. Раньше у меня такой был только в Сиртании, позже пришлось сделать и здесь.

В то время, когда я оказался достаточно дерзок, чтобы подумать, что смог обуздать дар, и даже решился жениться. Идиот.

Беру заготовки новых сердцевин наручей и все необходимые составляющие и сажусь за стол. Точными, выверенными движениями переставляю все компоненты, а в мыслях по-прежнему царит хаос.

Все же Праматерь имеет удивительное чувство юмора: позволить Элиз когда-то сбежать от меня, чтобы снова привести ко мне. Да еще и оказаться в центре опасного расследования.

Почему-то память подкидывает мысли о том, с какой болью она рассказывала о предательстве, и это рождает во мне много интересных идей, что можно сделать с ее скользким муженьком.

Два щелчка, и оглушительный рев Армареля.

“Ты можешь меня заткнуть, — рычит он. — Но даже при блокировке ко мне прорываются твои мысли и чувства. Я должен ее увидеть, только я ее узнаю”.

— Мы с тобой ее сожжем, Арм, — произношу я, зубами затягивая шнуровку на наручах. — Хватит одной невинной жертвы на нашей совести.

“Ты все еще несешь гнет не твоей ошибки, Бьерн, — снова пытается меня убедить дракон. — И заживо сжигаешь и меня, и себя”.

Защелкиваю блокираторы, сжимая зубы от уже привычной, но все еще каждый раз ослепляющей боли.

— Прости, Арм, — выдыхаю я, когда меня отпускает. — Пока я не вижу другого выхода.

Я убираю все на места, открываю замок и выхожу в холл.

— Вас уже ждут, — кланяется Гридер. — В передней гостиной.

Я ему киваю: вовремя. В гостиной меня сидят Арион Тарден и Роувард Даррел. Тоже драконы. Тоже герцоги. Тоже генералы. Тоже с сильными дарами. Только у них Дары под контролем и есть истинные.

У моих приятелей ни намека на их привычную расслабленность, только сосредоточенность в черных и синих глазах и оценивающий взгляд на мое лицо.