Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 134 – Алена Шашкова

А если… Если мне не нужны официальные записи? Что, если мне поговорить с тем, кто ее знал с детства?

В наш с Элиз дом я возвращаюсь с письмом “от герцога”, в котором ей обещают сделать в ближайшее время все документы. Я действительно отдал приказ Гридеру связаться с канцелярией и оформить документы на имя Элиз Констанс. И еще парочку.

Но меня ждет сюрприз в виде напыщенного, дурно воспитанного, практически бывшего муженька Элиз.

Слышу голоса с веранды. Мужской крик.

— ...Ты пустое место! Ничто без твоего покровителя...

Этот слизняк здесь. Кажется, кто-то сильно нарывается. Этот самоубийца решил, что может повышать на нее голос? Оскорблять?

Я тихо открываю дверь, заходя со спины. Вижу, как Элиз стоит перед ним — гордая, уверенная, и невольно любуюсь ею. Да, лицо почти полностью закрыто маской, зато расправленные плечи, вздернутый подбородок и блеск глаз не дают усомниться, кто здесь хозяин положения, а кто пытается огрызаться, но только еще больше зарывает себя.

Элиз кивает мне, давая знак, что справится сама. И она справляется. Ее слова бьют жестче пощечины.

Франц похож на маленькую собачонку, которая тявкает, строит из себя волкодава, а на самом деле трусит.

— Мне кажется, вам, господин Левенс, не помешали бы уроки этикета, — произношу я, не скрывая своего желания проучить его.

Краска сходит с лица Франца, когда он узнает меня.

— И если вы еще хоть на секунду останетесь в этом магазине, я стану вашим учителем.

Я делаю шаг вперед, нависая над ним. Франц отступает к стене и вдоль нее бочком протискивается к выходу. Он спотыкается о порог, едва не падает, но страх гонит его вперед.

— Это еще не конец! — визгливо выкрикивает он уже с улицы, пытаясь сохранить остатки достоинства, но это звучит жалко. — Вы оба пожалеете!

Когда его шаги стихают, я поворачиваюсь к Элиз. Она стоит, опираясь бедром о прилавок, и часто дышит. Лейла смотрит на нее во все глаза. Во взгляде такой восторг и восхищение, что если девушка до этого уважала Элиз, то теперь она станет ее кумиром.

Элиз действительно невероятна.

— Ты как? — спрашиваю я, подходя ближе.

Мне хочется прижать ее к себе, зарыться носом в ее волосы, вдохнуть ее неповторимый аромат. Но я заставляю себя отступить. Это будет безопаснее для нее.

— Лучше, чем он, — она нервно усмехается, но я вижу, как дрожат ее пальцы, сжимающие край столешницы. — Бьерн, он догадывается. Он обратил внимание на фамилию. Он будет копать.

Она делает порывистый шаг ко мне, и я не могу ничего с собой сделать. Не могу держать ее на расстоянии…

— Знаю, — я беру ее ладони в свои. Они ледяные. — Но и мы не будем сидеть сложа руки.

Мои пальцы кажутся совсем крошечными в огромных ладонях Бьерна. Но это ощущается таким уместным, успокаивающим, что я не отнимаю рук. В крови все еще бурлит эмоциональный всплеск после нашего словесного сражения с Францем, а сердце бьется часто-часто.

Но, к сожалению, с этим близость Бьерна не помогает. Его мужественный запах, наоборот, ускоряет мой пульс, но уже не от страха или злости. Обеспокоенный взгляд золотых глаз, нежность, с которой он держит меня, и тепло, исходящее от Бьерна, вопят о том, что не только я погрязла с головой в наших “фиктивных” отношениях, но и он там завяз по самые уши.

Только почему-то продолжает отталкивать меня. С упорством, которое стоило бы применять совсем в других вещах.