Книга Сера, страница 146 – Калли Харт

— Лоррет скоро подойдет. Только переоденется.

— Он снова придет сюда? Почему?

— Потому что Лоррет считает себя твоим другом, – едко ответила я. – Он хочет быть уверен, что мы не устроим очередную драку и я не убью тебя. К тому же я хочу, чтобы он находился здесь и подтвердил, что ты не врешь о том, что нашел в этих книгах.

Книг было много. Очень много. Один их вид вселял надежду. Если бы Фоули не отыскал ничего, что могло бы помочь в решении моей проблемы, то, конечно, не стал бы собирать их в таком количестве. Я набросила сеть на свои эмоции, поймала их и крепко связала. Когда-то этот вампир был членом «Лупо проэлия». А еще он был другом Фишера. Нельзя было отрицать ни того, ни другого, но у меняне было причин ему доверять.

Многое изменилось за те годы, что Фоули провел взаперти в своей высокой башне. Он являлся отверженным членом Кровавого двора, но оставался здесь, читая книги на протяжении сотен лет. Единственную компанию ему составляли лорд Полуночи, на которого он обижался, лорд Полуночи, который его игнорировал, и сердитый кот из теней. Кто знает, каким стал Фоули после стольких лет и мучений?

— Шансы на то, что ты убьешь меня, равны нулю, ваше величество. А Лоррет не сможет определить, лгу я или нет. Он не мой создатель. Даже Тал больше не может читать меня. – Таким же кислым тоном я говорила с гвардейцем в Зилварене. Мое презрение было тупым инструментом, которому не доставало изящества, но Фоули был тонким ножом. Он ранил. – Он отрекся от меня. Не сомневаюсь, что он уже предложил то же самое и тебе.

Я легко провела пальцами по корешкам первой стопки книг.

— Так и есть, – подтвердила я.

— Хм. – Фоули задумался. – Значит, Талу ты тоже не нужна. Должно быть, он видит в тебе то же, что и все остальные. Слабость. Уязвимость. Наивность…

— Ты пытаешься задеть мои чувства? – Я провела языком по верхнему ряду зубов, успокаивая свое сердце: я ничего не добьюсь, если оно будет колотиться. – На твоем месте я бы не тратила время зря.

— О, но ты – нея, – выпалил он, на секунду потеряв самообладание – всего на одну крошечнуюсекунду, – показав мне то, что скрывалось за его равнодушной маской.

Он боялся.

— Думаешь, твоя жизнь была тяжелой, потому что ты четверть века воровала воду и отбивалась от бандитов? Попробуй восемьсот летбороться за существование. Это место хуже ада, потому что, как бы плохо ни обстояли дела, в конце туннеля всегда есть призрачный свет. Надежда на то, что ты сможешь сбежать…

— Тогда почему ты этого не сделал?

Фоули сжал зубы.

— Если тебе здесь не нравится, почему ты не сбежал? Почему не вернулся к друзьям, где тебе самое место? Ты сидел здесь и устраивал гребаную вечеринку жалости к себе большую части тысячелетия, рассуждая о том, как все это ужасно, хотя мог уйти в любой момент.

— Как? – прошептал он. – Как я мог вернуться к ним, когда стал одним из монстров, которых они поклялись убивать? Они бы никогда не приняли меня.

— Лоррет сказал, что они писали тебе! Они хотели, чтобы ты покинул Санасрот. Фишер приказалтебе вернуться домой! – Мне не стоило кричать на него, но, боги, находиться рядом с ним было невыносимо. Тал, возможно, переживал, что подарил Фоули эту новую жизнь. Он позволил ему скрываться здесь и жалеть себя, но яне терпела подобного пораженчества. Зилварен выжимал это из человека очень быстро. Либо так, либо город тебя убивал.