Книга Второй брак императрицы. Том 1, страница 106 – Alphatart

— Королева?

В ответ пернатый задрожал как осиновый лист и протопотал по подоконнику, явно собираясь покинуть меня.

— Ты уже уходишь?

Это показалось мне ещё более милым. Я подхватила его и прижала к груди, не дав улететь.

Королева застыл столбом, а затем принялся яростно мотать головой.

— А она, оказывается, частенько говорит смущающие вещи… – пробормотал про себя вернувшийся в свои покои Хейнри и наконец ослабил удушающий узел платка.

Щёки по-прежнему пылали.

Его запах…

Он принюхался к платку. Да, он брызнул на него свои любимые духи после стирки, но… Неужели она с одного вздоха узнала его аромат? Хейнри побагровел и съёжился от смущения. Он знал, что слова были обращены к птице, но сердце всё равно бешено колотилось. То место, куда она шептала свои слова, всё ещё чувствовало лёгкую щекотку, словно от мимолетного дуновения ветерка.

Эту сладкую и стыдливую истому бесцеремонно разрушил Маккенна.

— Почему вы сидите тут голышом? Зрелище-то нескромное.

Хейнри бросил на него убийственный взгляд, но Маккенна, бывший ему и личным секретарем, и рыцарем, и кузеном, и другом, не унимался:

— Ой, как неудобно-то. Хоть бы снизу прикрылись. Смотреть неловко.

Маккенна направился к гардеробу и достал оттуда удобную одежду. Хейнри с неодобрением цыкнул, поднялся и протянул руку.

Однако Маккенна, принеся одежду, вместо того чтобы вручить её, сначала задал вопрос:

— Ваше Высочество. Та особа, чей платок был у вас на шее… Это, случайно, не Её Величество Императрица Навье?

— Тебе-то что? Просто отдай уже одежду.

Хейнри принялся натягивать полученный наряд, вопросительно поглядывая на Маккенну. Но Маккенна не отводил пристальный взгляд, так что принц уклончиво буркнул:

— Может быть.

И тут же вышел наружу. Он надеялся, что вечерний ветерок остудит жар, снова заливший его щёки. Однако Маккенна не отставал, продолжая допрос:

— Ваше Высочество, будьте откровенны. Та особа, с которой вы переписываетесь – это Её Величество Императрица Навье?

Хейнри поначалу просто игнорировал его, прогуливаясь в молчании, но Маккенна не отставал, так что, в конце концов, принц нахмурился и буркнул:

— Будь это так или нет – какое тебе до этого дело? Прикрой свой рот. Я тут пытаюсь смаковать приятные воспоминания, а ты мешаешь.

— Какие уж тут воспоминания, когда реальность стучится в дверь? Да как мне может не быть до этого дела, Ваше Высочество? Вы ведь питаете к этой особе самые нежные чувства! Я всей душой поддерживаю вас, если вы настроены на серьёзные отношения. Но если предмет ваших чувств – императрица могущественной державы, это меняет дело…

Хейнри молчал, а Маккенна не унимался:

— Да если бы она была императрицей не могущественной, а самой захудалой страны – всё равно нельзя! Неужели вы хотите, чтобы ваше имя связали с громким адюльтером в Восточной империи?

На лице Маккенны появилось искренне обеспокоенное, почти скорбное выражение. Принц Хейнри и Императрица Навье – отношения с предсказуемым, ясным как день финалом. Пусть Император Совьешу и помешан на Раште, которую признал фавориткой, он не настолько безумен, чтобы прогнать Императрицу, которую все почитают, и возвести на трон беглую рабыню. Со своей стороны, Императрица Навье не может первой попросить у Императора развода. Да даже если бы Совьешу низложил её, разве выйдет она замуж за иностранного принца?