Книга Ссылка для двоих: спасти душу демона, страница 11 – Марьяша Ришелье

— Расскажи, чего бы ты хотел, Костя?

Он поставил стакан на стол. Медленно. Очень медленно. Подался вперёд, и теперь наши лица разделяли сантиметры. Я чувствовала его дыхание — горячее, с лёгким привкусом виски и дыма.

— Уложить тебя на этот стол, — сказал он хрипло. — Прямо здесь. И показать, что бывает с теми, кто так дразнится.

Мурашки побежали по позвоночнику. Хорошие такие мурашки, обещающие много интересного.

— Кика ругаться будет, — выдохнула я. — Стол потом чистить.

— К дьяволу Кику.

— К дьяволу, — согласилась я.

Его рука легла мне на талию. Пальцы сжались, притягивая ближе. Я уже чувствовала, как напряжено его тело, как тяжело он дышит. Ещё немного — и мы действительно устроим здесь представление, о котором Кика будет писать в блоге неделю.

— Доми, — выдохнул он мне в губы.

— Костя, — ответила я.

И в этот момент дверь открылась.

Я даже не поняла сначала, что происходит. Просто краем глаза увидела движение. И раньше, чем сообразила, что это не клиент, моё тело сработало быстрее мозга.

Я рванулась и оказалась перед ним.

Закрыла собой.

Выстрел.

Боль взорвалась в плече — горячо, остро, чуждо. Я даже не вскрикнула. Только охнула.

Второй выстрел — в грудь. Третий — куда-то в живот, я уже не чувствовала толком.

А потом надо мной разверзлась бездна.

Чёрные крылья.

Огромные, во всю комнату, они раскрылись за моей спиной, закрывая нас обоих. Я знала эти крылья. Я чувствовала их каждой клеткой. Они пахли им — грозой, пеплом и чем-то тёмным, древним, что не имело названия.

Рык. Настоящий, демонический, от которого стёкла в окнах задрожали, а у меня внутри всё сжалось от гордости и ужаса одновременно.

Я оседала, и он подхватил меня, прижимая к себе. Я видела его лицо — перекошенное яростью, с глазами, в которых плескалась бездна.

На моих губах выступила кровь. Я облизнулась. Вкус металла, жизни, боли — такой знакомый, почти родной.

— Костя, — выдохнула я, криво усмехаясь. — Только не убивай всех сразу. Оставь парочку на десерт. А то нас теперь точно...

Он что-то рыкнул, но я уже не слышала.

Темнота накрыла меня, мягкая и тёплая.

Последняя мысль была глупая, совершенно неуместная: «Он теперь опять всех убьёт. Так нас никогда обратно в ад не пустят...»

И улыбка. Потому что, бездна раздери, оно того стоило.

Бар «Нечистый котел». Секунды после.

Кровь.

Её кровь.

Опять.

Она лежит на мне, тяжёлая, тёплая, и эта проклятая красная жижа течёт сквозь пальцы, заливает рубашку, капает на пол. Я сжимаю её, прижимаю к себе, а она не открывает глаза. Не дышит? Дышит. Кажется, дышит. Слабо, еле слышно, но дышит.

— Доми, — мой голос чужой. Хриплый, рваный. — Доминика, открой глаза. Слышишь? Открой.

Она не отвечает.

И тогда внутри что-то ломается.

Я чувствую это каждой клеткой — как рушатся последние барьеры, как контроль, которому нас учили, которому мы пытались следовать, летит в бездну. Как тело перестаёт быть телом.

Боль. Яркая, сладкая, освобождающая.

Крылья распахиваются сами — огромные, чёрные, с острыми шипами на сгибах. Кожа темнеет, превращаясь в нечто, что смертные назвали бы «бронёй дьявола». Когти вырастают, прорезая рубашку, раздирая ткань. Глаза... я знаю, что в них сейчас. Там нет ничего, кроме жажды убивать.

Они хотели монстра? Те, кто это сделал? Те, кто послал этих жалких тварей?