Книга Брошенная жена правителя Севера, страница 98 – Ри Даль

Он смотрел на меня. И, кажется, что-то в нём по-настоящему успокаивалось. Не отпускало, нет — но переставало кричать в нём так громко, как кричало последний час.

— Хорошо, — Хальдрим наконец опустил плечи. — Хорошо, Гайлина. Допустим. И что ты предлагаешь?

— Сделать то, что заещал твой отец. Немедленно объединить силы с волховицкой армией и ударить по Урхену.

Он отошёл от меня на шаг и снова прошёлся по поляне. Туда. Обратно. Я не торопила. Я понимала, что в его голове сейчас идёт очень большая работа — он впервые в жизни должен решить что-то по-настоящему крупное, и не от обиды, а на холодную голову.

Халдрим остановился.

— А что, если твой отец нас снова предаст? — Он повернулся ко мне. — Один раз он уже предал Нордхальм. Я до сих пор не могу понять, как отец ему вообще ещё раз поверил.

Я выдержала его взгляд.

— Хальдрим. Я думаю, что твой отец на склоне лет пересмотрел очень многое. Не только про власть, не только про тебя. Он пересмотрел и своё прошлое. И в том числе — своё оттношение к Ярвину Беловежу. Твой отец был очень проницательным человеком. Может быть, в молодости он горячился и не всегда был мудр. Но с годами изменился. И если он решил довериться Ярвину Беловежу — тебе тоже стоит ему довериться.

— Легко тебе говорить.

— Не легко. — Я качнула головой. — Но у тебя есть гарант, что отец слово сдержит.

— Какой ещё гарант?

Я слабо улыбнулась:

— Я. Я твоя жена, Хальдрим. Ты, кажется, опять это позабыл. И я наследница Волховии. Мой отец ради меня сделает всё. Слышишь? Всё.

— Я не уверен, что он сдержит слово, — проговорил Хальдрим как-то сдавленно, — после того, что... Брегард устроил в Волховии. Ярвин, скорее всего, захочет мне отомстить.

— Ты очень плохо знаешь моего отца и наши нравы, — я мягко покачала головой. — Поступок Брегарда требует возмездия — да, это так. И возмездие будет. Но мой отец не злопамятен. Твой отец уже постарался исчерпать тот конфликт и отправил дары. А я со своей стороны… Я со своей стороны подтвержу отцу, что не держу на тебя зла. Что у нас с тобой всё в порядке. Что я счастлива в Норгарде и... прошу его о помощи.

Хальдрим глянул на меня — недоверчиво. Почти растерянно.

— И ты это правда сделаешь?

— Сделаю.

— После всего, что было?.. После всего, что?.. Ты всё равно сделаешь?..

Я понимала, что он имеет в виду. Я всё прекрасно помнила.

Свадьбу, на которой нордары во главе с Брегардом устроили погром, загнали лошадь Гайлины, фактически убили бедную девушку, а потом полумёртвую приволокли сюда и бросили как мешок с тряпьём. Чуть не надругались, издевались, оскорбляли и угрожали. Помнила, как унижал меня и Хальдрим, как ни во что не ставил, причинял боль и ежесекундно превращал мою жизнь в ад.

Я всё это помнила.

И всё равно сказала:

— Да, Хальдрим. Сделаю.

Он отвёл глаза. И спросил — очень тихо, с такой болью, какой я в его голосе раньше не слышала:

— Почему? Ради чего?

Я выдохнула:

— Ради Волховии. Ради нордаров. Ради того, чтобы перестала литься кровь. Ради того, чтобы наконец-то на этих землях наступил мир.

Недолго помолчала. И добавила:

— Меня растили как наследницу. С самого детства. И меня учили: мудрый правитель между своим личным благополучием и благополучием своих земель не выбирает себя. Никогда. Он жертвует собой без раздумий. Он выбирает народ. Меня этому учили — и я к этому готова. Всегда была.