Книга Брошенная жена правителя Севера, страница 107 – Ри Даль

— Ты никогда не жаждал власти?

— Нет, — ответил Хальдрим без всякого позёрства. — Я — воин, Гайлина. Я с детства привык к оружию и к тому, что моё дело — махать топором. У меня всегда было такое… как бы это сказать. Я считал, что каждому отведено его место. И я своё место знал. Виндор был старший. Виндор должен был стать конунгом. Я должен был стать его правой рукой. Так я думал всю жизнь.

— А теперь?

— А теперь так распорядились боги. Я принимаю свою судьбу. У меня нет другого выбора.

— Это и есть мудрость настоящего правителя, Хальдрим.

— Возможно, — сказал он, — в этом не только моя заслуга.

— А чья же ещё?

— Твоя.

Это было сказано совсем без шутки. Я почувствовала, как у меня что-то тёплое поднялось от груди к щекам, и поспешила это спрятать за привычной интонацией.

— И это мне говорит человек, который только что заявил, что к словам женщины не стоит прислушиваться.

Хальдрим закатил глаза — впервые на моей памяти, и это было удивительно по-мальчишески.

— Женщина женщине рознь, Гайлина. Ты знаешь это не хуже меня.

— И всё же — у каждой женщины, по-твоему, есть своё особое предназначение.

— Конечно.

— Какое же?

Он пожал плечами — так просто, как будто это было очевидно всем.

— Дом. Семья. Очаг. Дети, в первую очередь. Чтобы у мужа, было куда вернуться.

Я склонила голову на другую сторону.

— Ну, неправда, Хальдрим.

— Что неправда?

— Что только это. Кроме дома, семьи и очага женщина много чего может.

— Например?

— Да что угодно. Нет такого дела, что по плечу только мужчине, а женщина этого не может.

Он усмехнулся.

— Нет уж. На поле боя женщина не годится.

— А вот и годится.

— Гайлина, не выдумывай. У вас в Волховии что, бабы ходят с мечами?

— Нет, но...

— Вот видишь, — перебил он. — И ты тоже не владеешь мечом.

— Если ты научишь — буду владеть.

— Зачем мне тебя учить? — он с весёлым прищуром посмотрел на меня. — А вдруг ты в один прекрасный день решишь меня им потыкать?

— Ты забыл, как я того халийца ткнула кинжалом? — я невинно подняла брови.

— Ты даже не убила его. Голову ему снёс я.

— Если бы я владела оружием как следует, я бы и голову снесла сама.

— Гайлина, Гайлина.

— Хальдрим, я серьёзно. Научи меня.

— Орудовать мечом?

— Не обязательно мечом. — Я невинно повела плечами. — Можно и топором. Я не привередливая.

— Ну уж нет.

— Почему?

— Потому что иначе ты станешь слишком опасной.

— Что, боишься, что я снесу голову тебе?

— Я этого не исключаю.

Я тихо засмеялась. И — что было совсем удивительно — он тоже.

— Хальдрим, — я наклонилась через стол ближе к нему. — Ну правда. Нам предстоят трудные времена. Я должна уметь себя защитить.

— У тебя есть я.

— Ты можешь оказаться далеко.

— У тебя есть Исульф.

— Исульф — это хорошо. Но если у меня будет оружие — будет ещё лучше.

Он покачал головой. Долго думал. Потом сказал:

— Хорошо. Но с одним условием.

— Каким?

Он наклонился ко мне поближе.

— Если ты не выстоишь первый же урок, — сказал он негромко, — то с этой ночи я ночую в твоих новых покоях. На той самой высокой кровати.

Я внимательно на него посмотрела.

— И в каком же качестве?

— В законном.

Я постаралась сделать самое спокойное лицо, на какое была способна.

— Ну, что ж... Я принимаю твои условия, Хальдрим Стормольф. Но! — подняла указательный палец вверх. — Если выстою, ты обещаешь учить меня до тех пор, пока я не стану искусным воином. Договорились?