Книга Там, где крадут сердца, страница 131 – Андреа Имз

— Что значит – не будет? – повторила я, уже громче.

— Сильвестр разочаровал Отца. Жестоко разочаровал. – Кларисса пожала плечами. – Ясно было, что он безнадежен. К счастью, мы уже нашли замену.

Милли. Я подумала обо всех экспериментах короля, о каждом ребенке из плоти и крови, которого изрезали и снова сшили, превратив в чудовище. Не знаю в точности, как король создавал волшебниц из маленьких бродяжек, но в голову мне лезли мысли одна ужаснее другой.

— Что с ним будет? – резко спросила я.

— Он – результат неудачного опыта, и от него избавятся, как от любого другого такого результата, – беззаботно ответила Кларисса. – Бедняга. Я старалась, как могла.

— Непохоже, чтобы вы с Сильвестром расстались друзьями. – Я подпустила в голос немного яду.

— Мой брат упрям и мягкосердечен. Он склонен привязываться к вещам. Моя обязанность – напоминать ему, что мы не в том положении, чтобы позволять себе привязанности.

— Зато вырвать мне сердце оно позволяет? Да уж, это верно.

Кларисса улыбнулась – мягко, сочувственно, открытой нежной улыбкой. Мне понадобилась вся сила воли, чтобы устоять против ее чар и напомнить себе, что она чудовище, в ней нет ничего материнского.

— Думаю, он испытывал к тебе некоторые сентиментальные чувства, – задумчиво проговорила Кларисса. – Что ж, он все еще очень молод, наша работа вызывает у него брезгливость.

Она медленно двинулась ко мне, что-то ласково приговаривая, – так подходят к лошади, которую не хотят напугать. Широкие юбки покачивались, как колокол, шурша и распространяя едва уловимый, дразнящий аромат духов.

Отодвинуться от волшебницы я не могла: тогда мне пришлось бы впечататься в доски. Мне казалось, что даже кожа на лице, груди и животе хочет отползти подальше. Интересное ощущение, но испытать его снова совершенно не хотелось.

— Ну же, – сказала Кларисса. – Я сделаю все быстро, больно не будет. Так лучше, чем жить и каждый день страдать по нему. – Она окинула меня взглядом с головы до ног. – Сама знаешь, Сильвестр бы никогда к тебе не притронулся.

— Знаю, – слишком быстро ответила я.

— Иногда рабы и правда служат нам для этой цели. Мы держим их чуть дольше, прежде чем избавиться от них – совсем как со слугами… Хотя у них другие повинности, более сладостные. Я уверена, что и брат время от времени не отказывался бы от приятного дополнения с кем-нибудь из рабынь. Но не с тобой, бедное ты существо.

Какой у нее теплый, сочувственный голос. Любящий. Вот бы такой голос был у моей матери. Мамин голос всегда казался мне именно таким. Думая о матери, я чувствовала себя слегка виноватой, потому что Па изо всех сил старался быть мне и папой, и мамой, но девочка не может не думать, какой могла бы быть ее мать.

На долю секунды волшебница показалась мне всем, чего я хотела: доброй, красивой матерью, которая любит меня и хочет, чтобы я была счастлива, которая даст мне совет от всего сердца, хотя и знает, что он может ранить…

Нет. Я невольно затрясла головой, чтобы прочистить мозги. В Клариссе нет доброты. Она не любит меня и счастья мне не хочет. Она колдунья, которая собирается сорвать меня. Она желает, чтобы меня собрали, чтобы я ушла, умерла. Волшебница приближалась, и я надолго оцепенела, зачарованная ее голосом.

Теперь она была на расстоянии вытянутой руки. Достаточно близко, чтобы коснуться моей груди длинным крашеным ногтем.