Книга Мертвы и негостеприимны, страница 74 – Кристина Тэ

Ни его, ни аппетит мне не испортили даже черно-белые оскаленные маски Эпрока, развешанные по стенам, – традиционное украшение Мертводня, намекавшее, что он уже на пороге. Собственно, именно эти лики бога смерти Джерт увлеченно вырезал на тыквах, уверенный, что однажды его задумка найдет отклик в сердцах людей и станет в мире на одну традицию больше.

Что ж, вполне могло сработать. Только нездоровую любовь Джерта к уродливым рыжим плодам это все равно не оправдывало.

После завтрака я решила проверить кабинет – пусто. Затем направилась в лабораторию, и – о чудо! – книжные завалы исчезли без следа, но войти я все равно не смогла. Демонов кулон и материализованная Тильда. Я понятия не имела, где ее носит, зато знала, что, если сниму артефакт и испорчу один из ее редких моментов настоящей жизни, мне этого никогда не простят.

— Призываю Лорэлею, – вздохнула я без всякой надежды на ответ, и его предсказуемо не последовало.

На мои призывы они имели полное право не реагировать.

— Призываю… хоть кого-нибудь, – не сдавалась я. – Вы в курсе, куда подевался новый хозяин?

Тишина. Только пол под ногами дрогнул, а когда я глянула вниз, на темном дереве проступила кровавая надпись: «ЕГО НЕТ».

Я всерьез забеспокоилась, и следующие полчаса обходила дом и заглядывала чуть ли не в каждую дверь, даже в чуланы, но Арве-мал-Тиге будто вымер. По-настоящему вымер, а не как до этого… Даже Бруно не показался, как я ни пыталась докричаться, а ведь он не из привязанных и всегда охотно шел на контакт.

В зеркала я больше не заглядывала, но, полагаю, к моменту выхода на улицу лик мой утратил добрую часть утренней свежести и восторженности. И хорошо, что Рэйнера и в саду не обнаружилось, а то ждала бы его встреча не с милой Ютой, а с Ютой хмурой и склонной к насилию.

— Куда все запропастились? – пробормотала я, маршируя по тропинке, и едва не запнулась, когда из кустов донеслось:

— Обиделись.

В заросли я ломанулась без раздумий и через пару секунд уже любовалась увитой плющом беседкой, в которой преспокойно попивала чай Тильда.

Я проморгалась и захлопнула открывшийся от удивления рот.

— Ты вот для этого просилась в тело?

— А что? – Она поднесла к губам фарфоровую чашку, с наслаждением глотнула и, запрокинув лицо, зажмурилась. – Маленькие радости жизни.

— И на что они обиделись? – вернулась я к прежней теме.

Тильда фыркнула:

— Пока ты кудри завивала, мэйн Рэйнер, оказывается, сильно гневались да приказы раздавали. Теперь слуги весьма ограничены в своих возможностях.

— А мэйн где? Все же в лаборатории?

— Нет. Ушел в столицу. За магом.

Кажется, я снова некрасиво распахнула рот.

— Как ушел?

— Туннелем твоим любимым. – Тильда подняла со скамейки опавший листок и поднесла к носу. Вдохнула. – Сначала запретами раскидывался, а потом договаривался, чтоб его дом на пару часов выпустил. А я все пропустила из-за твоего марафета…

— Кровь?.. – ахнула я.

— А если и кровь? На тебя ж они теперь все равно влиять не могут. Но нет, расслабься, не кровь.

— А что тогда?

— Вот вернется, у него и спросишь.

Я все же уселась рядом с Тильдой и хмуро уставилась перед собой. Мысли в голове бродили самые безрадостные.

Судя по всему, Рэйнера так измучили мои постоянные перемещения чуть ли не в его объятия, что он решил не дожидаться, когда заклинатель доберется сюда своими силами, и отправился за ним. И получается… это и было целью призраков? На хозяина она напрямую воздействовать не могли, и потому воздействовали на него… мной? Доводили? Я не жертва издевательств, а лишь инструмент?