Книга Мертвы и негостеприимны, страница 20 – Кристина Тэ

Раджинманд Гантрам не любил людей. Не любил так истово и страстно, что в нежном возрасте семнадцати лет наваял целый трактат на тему перенаселения, падения среднего уровня интеллектуальных и магических способностей и необходимости строгого контроля рождаемости. Впечатленные и откровенно испуганные родители юного гения решили действовать от противного и отправили отпрыска эту самую рождаемость повышать – в храм под ручку с тщательно отобранной невестой. Невеста возвышалась над щуплым Раджинмандом на целую голову, была вдвое шире в плечах и раздавала приказы зычным командирским басом. Нетрудно догадаться, что брак этот отнюдь не добавил некроманту любви к людям, зато помог осознать, что истреблять или контролировать их слишком хлопотно – особенно таких, как его жена, которая и приложить может, – гораздо проще ото всех отгородиться.

Здесь и начинается история Арве-мал-Тиге.

Для начала Раджинманд исполнил свой долг и оставил потомство – согласно его откровениям в дневниках, опять же найденных в лаборатории, не особо удачное.

Сын, нареченный славным именем Бруно, уродился настоящим крепышом и ожидаемо вымахал в двухметровый шкаф, на радость матери и к ужасу отца. Еще и благословения Анико удостоился в виде дара видеть магические потоки, но через несколько лет благословение обернулось проклятием. Что-то не то он увидел и потянул, в результате чего навсегда остался несмышленым дитем. Точнее, это лекари уверяли, что мальчик просто остановился в умственном развитии, сам же Раджинманд предполагал некую форму серьезного психического расстройства, ибо даже на фоне несообразительной малышни Бруно выглядел полным идиотом. Он не понимал человеческих эмоций, каждое слово воспринимал буквально и мог забыть, с кем разговаривал пять минут назад. Что, впрочем, не помешало некроманту искренне привязаться к сыну – а может, он только потому и терпел его единственного подле себя, что чувствовал не только кровное, но и духовное родство.

На дочь же Раджинманд вообще никак не реагировал и даже имени ее ни разу не упомянул. Слабая физически, но сильная магически, она пошла по пути врачевателя и, спасая человеческие жизни, навсегда лишилась уважения и внимания отца.

Зачинать третьего ребенка он счел излишним, как и оставаться с супругой, и все последующие годы своей насыщенной жизни посвятил главной цели: создать место, куда не ступит нога человека, но при этом достаточно комфортабельное, чтобы сам Раджинманд не отвлекался от научных изысканий.

Он восстановил разрушенное семейное гнездо в Лиутском лесу, старательно нагнетая мрачную атмосферу и наполняя комнаты жуткими вещицами, чтобы никому и в голову не пришло задержаться там хоть на секунду. Провел множество омерзительно безнравственных экспериментов. И наконец нашел идеальное решение.

Да-да, умный, так его растак, дом.

Вливать собственные силы в предметы быта, чтобы они самостоятельно обеспечивали все потребности хозяина, было слишком накладно, а вот если… привязать к ним души? Мощные и полные энергии, сияющие и замкнутые в единую цепь, так что хватит единственного ритуала подчинения, и дом оживет, послушный некромантской воле.

Будущих слуг Раджинманд Гантрам подбирал тщательно, с умом, много лет. Он ловил обладающих нужными качествами умерших по всему материку, а кого-то, подозреваю, мог и сам умертвить во имя науки и собственного благополучия, но таких подробностей, к сожалению или к счастью, в его дневниках тоже не было. И все бы прошло без сучка без задоринки, кабы не упомянутая привязанность некроманта к сыну, которого он зачем-то приволок с собой. Благословленный Бруно даже после печального происшествия в детстве потоки видеть не разучился и как-то вмешался в финальный ритуал.