Книга Мертвы и негостеприимны, страница 106 – Кристина Тэ

— Вижу, тебе все же не хватает вдохновения, – протянул некромант, и я, моргнув, вернулась к реальности.

— Стойте! – крикнула, когда он уже поднял руку для очередного смертоносного щелчка. – Стойте… Я… все сделаю. Только помогите. Я поняла суть ритуала, но… не хватает подробностей.

— Каких еще подробностей? – разозлился некромант, но руку опустил.

— Пять лучей – это для?.. – Я многозначительно умолкла, ожидая пояснений.

— Пять лучей, пять источников, пять составляющих магического резерва, – затараторил он, нервно одергивая мундир. – Свет, тьма, жизнь, смерть и разум. Ты же читала! Перенаправь все в одну точку, в меня! Задействуй уже свой демонов дар!

«…Мне нужна формула. Пока несуществующая, но ты ее создашь».

Я по-прежнему не представляла, что делать, но поняла одно: старик сам не в курсе, как должна выглядеть формула. А значит, если мой дар действительно работает так, как уверял Гантрам, я и правда могла сотворить нечто новое, но вовсе не обязательно именно то, чего требовал он. Пока он разберется, что к чему…

Я потерла виски и слезящимися глазами уставилась на мерцающие в воздухе геометрические фигуры. «Задействую дар…» Легко сказать!

«Ты читаешь непонятные загогулины, не задумываясь, – вновь прошелестел в голове голос Тильды. – Не думай».

Это уже проще. Не думать. Но при этом мысленно настраиваться на конкретный ритуал, чтобы получившаяся формула сработала именно для него.

Итак, что я знаю о событиях прошлого? Гантрам-старший хотел поработить призраков, я желаю их освободить. Он пытался стереть их личности, я надеюсь отправить их на перерождение. Он запер их в доме, я выпускаю их на волю. Он прервал ритуал, потому что… потому что…

— А Бруно к какой из групп присоединится? – пронеслось по комнате, и я вскинула голову.

У самого входа в лабораторию, скрестив руки на груди, стоял невозмутимый мэйн Рэйнер, а рядом с ним парил растерянный и бледный даже для призрака Бруно. Некромант медленно развернулся. Выражения его лица я теперь не видела, но заметила и напрягшуюся спину, и стиснутые кулаки. Казалось, Гантрам готов в любую секунду броситься в бой, невзирая на неспособность этого тела даже присесть без одышки.

— Бруно здесь не место, – проскрежетал он замогильным голосом.

— А вот он очень хотел посмотреть, чем занят любимый папочка, – хмыкнул мэйн.

Бруно меж тем обвел круглыми глазами собравшихся и остановил взгляд на отце:

— Папа?..

— Уходи, – выдохнул некромант и добавил уже громче, с визгливыми нотками, присущими мэтру Штанге: – Уходи!

Из-за слез их фигуры расплывались перед глазами, и я моргнула, пытаясь прояснить картинку. Но вместо этого увидела выстроившиеся передо мной в ровную линию треклятые треугольники, круги и звезды. Формула. Почти готовая формула. Как завороженная я потянулась к последнему символу, отчего-то точно зная, что нужен именно он, но не успели пальцы сжаться на пылающей зеленью, но холодной звезде, как в мысли вновь вторгся голос Тильды: «Подожди…»

Она тоже казалась невероятно бледной, словно это общение отнимало у нее последние силы, но пока держалась. Как и прочие слуги, заметно приободрившиеся и взиравшие на меня в немом ожидании чуда.

Я замерла, вцепившись в эфемерный символ и наблюдая за действиями Рэйнера. Как-то плохо он подготовился к визиту в стан врага… даже оружие не прихватил, так отчего выглядит таким уверенным?