Книга Наследник пепельного клана, страница 57 – Андрей Любимов

Связь оборвалась.

Вера села обратно.

— Она вас любит, — сказала она.

— Это у неё болезнь, с которой она борется всю жизнь.

— Не очень успешно.

— Слава Богу.

За окном светало медленно и серо. Во дворе Академии уже двигались ранние фигуры — курсанты, дежурные, слуги с тележками угля. Механизм большого учреждения снова включался, не спрашивая, кого за ночь успели предать.

Алексей взял записку и поднёс к лампе ещё раз.

— Смотрите, — сказал он.

Вера наклонилась.

— Что?

— Здесь не только «пакет попечительского обеспечения». Здесь продавлено ещё одно слово. Очень слабо.

Она долго вглядывалась, потом тихо произнесла:

— «Контурный».

Алексей почувствовал, как где-то внутри неприятно и почти весело щёлкнуло.

— Значит, не просто деньги.

— Контурный подряд, — сказала Вера. — Или обслуживание. Или поставка стабилизаторов. Если Ратские пытаются закрыть сделку, привязанную к магистралям, пока спор ещё не встал полноценно, это может быть что-то из старого пепельного пакета.

— И тогда мы сорвём её так, чтобы им было слышно в ложах совета.

К полудню Академия уже знала, что Пепельный с утра куда-то рвётся.

Такие вещи здесь чувствовали мгновенно. Если человек под надзором просыпается раньше дежурных, требует служебные формуляры, запрашивает правовой список по городским расчётным палатам и не выглядит при этом смирившимся, слух начинает двигаться быстрее чернил.

Артур Крестов поймал его у внутренней лестницы, ведущей к административному блоку.

— Вы удивительный человек, — сказал он, шагая рядом так, будто его никто не звал, но и запретить ему нельзя было по закону природы. — Большинство новеньких после первого скандала стараются хотя бы день выглядеть тише воды. А вы уже роетесь в служебных канцеляриях.

— А большинство ваших новеньких пытаются с утра укусить сильный дом?

— Нет. Обычно они сначала выбирают, под кого лечь.

— Полезная академическая привычка.

Артур рассмеялся.

— Нет, всё-таки вы слишком дороги для своей стадии развития.

— А вы слишком разговорчивы для человека, который хочет прожить долго.

— Я не хочу прожить долго. Я хочу прожить интересно.

— Тогда отойдите от меня чуть левее. Так безопаснее.

Артур скосил на него глаза.

— Значит, опять что-то задумали.

— Вы говорите это с таким теплом, будто надеетесь войти в историю рядом.

— Я надеюсь хотя бы оказаться в хорошем ряду зрителей.

К ним спустилась Милена Брасова — лёгкая, быстрая, в коротком тёмном жакете, с папкой под мышкой и улыбкой человека, который уже успел найти в утренней скуке свежее мясо.

— Артур, не мешай, — сказала она. — Он и без тебя выглядит как человек, который скоро испортит кому-то день. Я хочу посмотреть ближе.

— Становитесь в очередь, — ответил Алексей.

Милена окинула его внимательным взглядом.

— Говорят, у вас сегодня запрашивали городской правовой контур по расчётным палатам.

— Говорят, в Академии стены тоньше, чем в борделях.

Она улыбнулась шире.

— Намного. Поэтому все и любят это место. Здесь даже шёпот имеет карьеру.

— И какую карьеру выбрали вы?

— Обычно чужую.

Хорошая девочка. Опасная. Но не сегодня.

— Тогда сохраните силы, Милена. К вечеру, возможно, вам будет что продать подороже.

Она замерла на полшага.

Артур тихо присвистнул.

— Какой уверенный молодой человек.

— В нём это почти хамство, — сказала Милена. — И почти красиво.