Книга Ревелль, страница 189 – Лисса Мия Смит

Но ее тело оставалось холодным, таким холодным…

— Ты хочешь поцеловать Джеймисона, – попытался Роджер.

Милли коротко улыбнулась.

И ресницы Лакс затрепетали.

Я сжал ее руку, и сердце зашлось от радости.

Страттори склонилась над ней:

— Лакс Ревелль, с твоего разрешения я переведу твою смертельную рану на Милдред Ревелль и… вот этого молодого человека.

Я метнул сердитый взгляд на доктора Страттори. Слово «смертельная» нам ничуть не поможет уговорить ее.

Лакс не ответила, но ее лицо еле заметно напряглось.

— И на меня, – заявил Роджер. – Умирать – так всем вместе.

И положил руку поверх моей и Милли. Меня захлестнуло теплое чувство благодарности.

Но Лакс все равно не шевелилась.

— Лакс, пожалуйста. – Я погладил ее по щеке. – Позволь, мы тебе поможем.

— Нет. – Слово прозвучало очень тихо, но отчетливо. – Хватит страданий.

— Поделись своим бременем, и мы все будем живы.

Роджер наклонился к Лакс:

— Не строй из себя мученицу. Ты же сама мне это говорила.

Лакс попыталась приподнять голову, но опять зашлась в приступе кашля. Все тело сотрясалось, между спазмами она едва успевала вдохнуть.

Я бросил взгляд на Роджера, но он покачал головой. Больше он ничего не мог сделать.

Я прижался губами к ее лбу – он был холоден как лед.

— Я же говорил, мы вместе найдем решение. Вот оно. Прими нашу помощь.

Она покачала головой, и по щеке скатилась слеза.

Ох уж эти упрямые Ревелли.

— Ну хотя бы раз в жизни скажи «да», – умолял я. – Пожалуйста. Если не ради себя, то ради меня.

Она крепко зажмурила глаза.

— Лакс, черт бы тебя побрал! – Колетт схватила ее за щеки. – Ты обещала, что теперь мы все будем делать вместе. Так что не вздумай умереть у меня на руках. Мы справимся. Ты меня слышишь?

Ее веки опять затрепетали. Глаза нашли меня. И Колетт.

И наконец она кивнула.

— Действуйте же! – закричал я доктору Страттори, еще крепче сжимая руку Лакс.

Элен медлила:

— И все-таки, поскольку ты не владеешь магией, неизвестно, чем это кончится…

— Действуйте! – взвыла Милли.

В тот же миг накатила боль. Словно острые сосульки пронзили мне голову, грудь, все жизненные органы. Я прикусил язык, сдерживая крик…

Нет. Я все-таки закричал. Открыл глаза, преодолевая слепящую боль, чтобы посмотреть, как там Лакс…

Боже мой. Такие муки ей приходилось терпеть много месяцев. И даже лет.

Я все крепче и крепче сжимал ее руку. Если я погибну, спасая ее, если она будет винить себя в этом…

— Давайте я тоже помогу! – прозвенел где-то вдалеке голос Колетт.

— Она не согласится. – Голос Элен Страттори по-прежнему звучал холодно и бесстрастно. – Разрешила только им троим.

— Лакс, не упрямься! Позволь помочь!

— Переведи на меня! – воскликнула тетя Кэролин.

— И на меня!

Вперед ринулись все. Тетушки в платьях для канкана. Вольф и другие дяди. Нана. Двоюродные сестры. Троюродные братья. Все Ревелли, кто был за кулисами, тянулись ладонями к Милли, ко мне, к Роджеру, к самой Лакс.

Ради своей примы они были готовы вытерпеть страдания. Ради своей племянницы, внучки, сестры, подруги. В благодарность за все, что она для них сделала, они вынесут любые муки.

— Нет! – закричала Лакс, но на ее щеках, подобно первым проблескам весны после унылого зимнего холода, расцвел едва заметный румянец.

Я погладил ладонью ее потеплевшее лицо: