Книга Ревелль, страница 125 – Лисса Мия Смит

— Дорогуша, мне пора идти. Увидимся вечером после спектакля. – Он прикоснулся ко мне губами, как будто делал это тысячу раз. Привычный поцелуй устами незнакомца.

Я пошла в столовую. Там сидела Милли, положив голову на кухонный стол. Я провела ладонью по исцарапанному дереву.

— Вкусно пахнет.

Она испуганно подскочила, расплескав кофе. Я схватила тряпку и стала вытирать.

— В кои-то веки ты проспала дольше меня. – Она протерла глаза. – Ну и как нам в таком виде выступать на трапеции?

— Ну и как мы поддались на уговоры Роджера гулять всю ночь?

— Да ночь тут ни при чем, все дело в твоем парне Дьюи. Это он требует, чтобы мы репетировали днем. Кошмар.

— Он мне не парень, – ответила я грубо.

Ее губы растянулись в веселой улыбке.

— Я-то знаю. Хотела убедиться, знаешь ли ты.

Я села рядом с ней, и все тело отозвалось болью. Чем дальше Дьюи уходил от Большого шатра, тем больше недовольства накапливалось в его светонити, и я послала ему импульс счастья.

— Ты случайно не мое трико надела? Оно тебе ужасно велико.

Я подергала свободно висящую ткань:

— Думаю, оно просто старое.

Милли подавила зевок:

— Классная была ночь.

— Похоже, вы с Тревором неплохо поладили, – небрежно бросила я.

Она расплылась в мечтательной улыбке:

— Он спросил, можно ли ко мне «иногда заглядывать». Правда, мило?

— Милдред Ревелль, неужели ты краснеешь? – Я прижала к ее щеке тыльную сторону ладони. – Кажется, да!

— Как ты думаешь, встречаться с эдвардианцем – это безумие?

— Гораздо разумнее, чем то, что делаю я. Или Колетт, если на то пошло.

Милли пригубила кофе:

— Она упорно делает вид, что просто развлекается, ведь Триста скоро уезжает. Но я-то знаю лучше.

Похоже, об их планах в курсе все, кроме меня.

— Когда именно они уезжают?

— Спроси лучше у Джеймисона сама.

— Он здесь? – Я окинула взглядом пустую столовую, как будто его рослую фигуру можно было не заметить.

— А как ты думаешь, кто принес мне вкусный кофе из «Сладких булочек»? – Она кивнула в сторону коридора. – Я видела, как он шел к Нане.

Наверняка опять поговорить с ней о своих родителях. Я похлопала Милли по руке:

— Увидимся на репетиции.

Она со стоном уткнулась лбом в стол:

— Не напоминай.

Разумеется, я тотчас же увидела Джеймисона. Он стоял с Наной в конце коридора, и обе их светонити были фиолетовыми, как полосы на Большом шатре. Горе.

Когда я подошла к ним, Нана смахнула слезы с глаз:

— Доброе утро, соня моя. Репетиция начнется в двенадцать.

— Как ты себя чувствуешь?

— Замечательно. Где Дьюи? – Стоя к Джеймисону спиной, Нана не видела, как мгновенно потускнела его улыбка. А он не заметил влажного блеска в ее глазах.

Не хватало только, чтобы Нана добавляла мне тревог.

— Тебя ищет дядя Вольф, – соврала я.

Она бросила на меня понимающий взгляд, потом обернулась к Джеймисону и снова искренне улыбнулась:

— Приходи ко мне, когда захочешь. Понял?

— Благодарю вас, миссис Ревелль. Для меня это очень много значит.

— Зови меня Нана.

Она раскинула руки, и он нырнул к ней в объятия, чуть присев, чтобы не возвышаться над ней. Какой же он заботливый, даже в манере обниматься. И очень добрый, хотя в его светонити мелькнула едва заметная зеленая искорка – завидует моей большой семье. На миг я представила, как нежно он будет обнимать Нану, когда она станет еще старше. Вот бы он навсегда остался здесь. В Большом шатре. В нашей жизни.