Книга Позолоченная месть, страница 53 – Лисса Мия Смит

Отойдя на несколько шагов, Джек раскрыл книгу в кожаном переплете:

— Я подумал, тебе будет интересно на это взглянуть.

Книга оказалась альбомом с черно-белыми рисунками. Джек достал один из них, и Эмми ничего не оставалось, кроме как подойти ближе.

На заднем плане угадывались лишь тени, но вот на переднем был в мельчайших подробностях изображен Джек в своем истинном облике, стоящий на коленях перед Оливером Страттоном. Оба в костюмах, хотя у Джека, как обычно, оказалась расстегнута верхняя пуговица, а на лоб упала прядь волос. Его лицо было не то покрыто синяками, не то наполовину спрятано в тени. Он смотрел куда-то за пределы рисунка и улыбался непривычной, печальной улыбкой.

А Оливер Страттон только что перерезал ему горло.

— Оливер много времени проводил в Мистфилде. Прятался от своего козла-папаши. Пожалуй, мы даже дружили. Предполагалось, что, когда наши отцы уйдут на покой, мы займем их места в триумвирате.

Эмми завороженно смотрела на чернильную кровь, хлещущую из горла Джека. Будучи дочерью целителя, она повидала немало ножевых ранений. В драках многие люди целились в сердце, но не могли пробить грудную клетку. А вот в шее таились важнейшие пути сообщения – между головой и сердцем, легкими и воздухом, желудком и пищей, – а защищала ее лишь уязвимая плоть. Если Роуз не ошиблась, то нож Оливера войдет в горло Джека легко, как в масло. Более того – Джек будет стоять на коленях, нисколько не сопротивляясь.

— Для лучшего понимания взгляни еще на этот рисунок. – Он положил перед Эмми новый лист бумаги. Этот рисунок тоже был черно-белым. Жирные линии чернил поблескивали в мерцающем свете. На бумаге была изображена охваченная пламенем кровать, на которой лежала прекрасная девушка с широко распахнутыми, безжизненными глазами. Роуз Фонтейн в окружении черного огня.

Эмми стало не по себе.

— Она нарисовала собственную смерть.

— Мы были, мягко говоря, обеспокоены. Роуз пыталась отшутиться, но мы все равно начали зажигать все свечи в усадьбе обычным огнем, просто на всякий случай. – Джек не сводил глаз с торчащей из каминной полки занозы. – Через несколько недель после того, как она это нарисовала, я вернулся домой пьяным и уснул прямо в смокинге. А проснулся еще до рассвета. Мистфилд был охвачен пламенем – моим пламенем, черным. Но я не мог пошевелиться. Даже повернуть голову.

Этот паралич был знаком Эмми не понаслышке.

— Значит, Оливер тоже умеет обездвиживать, как и его отец.

— Да, но в ту ночь ему помогли. – На лице Джека заиграли желваки. – На мне лежало одеяло, которое Грейс напитала искусством Оливера. Она вместе с ним пыталась найти в комнате Роуз реликвию. Не знаю, откуда им было про нее известно. Но они пришли именно за ней.

Эмми похолодела и сжала прохладную монету в кулаке. За последние несколько недель она слишком привыкла к усиленному искусству и даже помыслить не могла о том, чтобы расстаться с реликвией.

А уж тем более отдать ее Грейс.

— Благодаря искусству Калеба мы знаем, что реликвию в комнате Роуз нашла именно Грейс. Роуз, как и я, была обездвижена. Усилив свой дар передачи, Грейс смогла использовать мое искусство, не дотрагиваясь до меня. Она похитила мое пламя, находясь в соседней комнате. Спальня Роуз тут же вспыхнула.

Грейс крала чужую магию и использовала как свою собственную. Эмми охватило неприятное чувство, отчасти напоминающее зависть.