Книга Мурчи, Альфа!, страница 20 – Евгения Зимина

Босс сидит возле шкафа.

На полу лежит металлическая ручка.

Одна дверца распахнута, вторая висит на 1 петле, мои вещи вытащены наружу и валяются неровной кучей.

— Ты сломал шкаф? — У меня просто слов нет, как он вообще додумался до такого?

Босс подходит к двери комнаты, проходит мимо меня и направляется к лестнице.

Валентина Павловна поднимает скалку.

— Я предупреждала насчёт мебели.

— Удержите из залога.

— Это старый шкаф, залог дороже.

— Тогда куплю новую ручку, и дверцу починю.

Мы смотрим, как кот спускается вниз. На середине лестницы он останавливается и оборачивается, явно ожидая, когда я прекращу обсуждать незначительные хозяйственные вопросы.

— В комнате он не останется, — признаю я.

— В доме один тоже.

— Значит, придётся взять с собой.

Валентина Павловна опускает скалку.

— Правильное решение.

Босс первым входит на кухню, запрыгивает на свободный стул и садится перед тарелкой с бутербродами.

— А это уже неправильное решение, — добавляет хозяйка.

До приезда Марины Сергеевны остаётся десять минут. Я пытаюсь накормить кота его законным завтраком, но он игнорирует миску и следит за каждым движением Валентины Павловны. Та выдерживает взгляд около минуты, затем достаёт из холодильника варёную курицу.

— Только маленький кусок.

Босс получает мясо и принимается есть.

— Вот видите, нормальный кот. Просто эту вашу кашу магазинную не любит, — говорит хозяйка.

— Это промышленный корм с выверенным составом.

— На вид всё равно каша.

Спорить с обеими сторонами бесполезно.

Когда во дворе сигналит машина, я уже успеваю собрать сумку, взять лекарства для обработки раны и найти в кладовке пластиковую переноску. Она принадлежала прежнему коту Валентины Павловны и выглядит достаточно вместительной.

Ставлю её возле Босса и открываю дверцу.

— Заходи.

Он заглядывает внутрь, нюхает пластиковый край и отступает.

— До клиники пять минут на машине.

Кот садится.

— Пешком не пойдём.

Никакой реакции.

Я кладу внутрь кусочек курицы. Босс вытягивает шею, оценивает приманку, затем обходит переноску и съедает мясо, вытащив лапой через боковое отверстие, не сделав внутрь ни шага.

Валентина Павловна одобрительно хмыкает.

— Сообразительный, он не из цирка случайно?

— Он манипулятор. Видимо, весь в хозяина.

— Одно другому не мешает.

Попытка поместить его внутрь руками заканчивается предсказуемо. Босс упирается всеми четырьмя лапами в края. Когда я пытаюсь развернуть его задом, он цепляется когтями за дверцу и издаёт предупреждающий звук.

С улицы снова сигналят.

— Хорошо, — сдаюсь я. — Поедешь без переноски, но будешь сидеть спокойно.

Кот отпускает пластик и направляется к выходу.

Марина Сергеевна ждёт возле калитки в тёмно-синем универсале. Увидев меня с сумкой и бобтейлом на руках, она опускает стекло.

— Нет. Только не кот.

— Доброе утро. Его нельзя оставить одного.

— Почему?

— Он сломал шкаф, и очень наглеет при хозяйке.

Марина Сергеевна некоторое время изучает Босса.

— За одну ночь?

— Примерно за три минуты.

— В багажнике есть место для переноски.

Я показываю пустую конструкцию, которую всё же принесла с собой.

— В неё он не идёт.

— Все идут.

Через пять минут главный врач стоит возле открытого багажника, а Босс сидит на крыше машины. Марина Сергеевна снимает очки и протирает их краем шарфа.