Книга Ненужная жена. Любимая генерала Севера, страница 94 – Ангелина Сантос

Я повернулась к нему.

— Вот этого я не понимаю.

— Чего именно?

— Почему люди, от которых зависит безопасность других, иногда предпочитают промолчать, лишь бы не признавать неудобный факт?

Он посмотрел на меня очень внимательно.

Я сама услышала, насколько резко прозвучал вопрос.

Но не собиралась забирать слова обратно.

— Вы правы, — сказал Рейнар.

Я растерялась.

— Что?

— Я должен был сказать раньше. Это не изменило бы измерений, но позволило бы вам оценить обстоятельства без недостающей информации.

Он сделал небольшую паузу.

— И если вы считаете, что мое участие в утверждении проекта необходимо отразить в техническом отчете, так и сделайте.

— Я считаю.

— Тогда отразите.

Я опустила глаза.

Мне хотелось продолжить спор.

Но спорить оказалось не с чем.

Он не требовал доверия.

Не просил сделать исключение.

Не говорил, что его прежние заслуги освобождают от ответственности.

Он просто признавал решение, которое принял.

— Вы понимаете, что это может повлиять на вашу карьеру? — спросила я.

— Понимаю.

— И все равно согласны?

— Нора, я командую людьми, которые каждый день рискуют жизнью, выполняя мои распоряжения. Было бы странно требовать от них ответственности и освобождать от нее себя.

Я посмотрела на него.

Передо мной стоял мужчина, которого в столице называли безжалостным генералом.

И впервые мне стало ясно, насколько тяжелой может быть его собственная строгость.

Она распространялась прежде всего на него самого.

Но это не означало, что я должна сразу забыть о его молчании.

— Мне нужно время, — сказала я.

Он кивнул.

— Разумеется.

— И я хочу получить копию вашего первоначального разрешения.

— Получите.

— Со всеми приложениями.

— Со всеми, которые сохранились в архиве. Если чего-то не хватает, это тоже будет отражено.

Я глубоко вдохнула.

— Хорошо.

Рейнар посмотрел на дверь.

— Я попрошу принести вам чай. Здесь холоднее, чем в общей комнате.

— Спасибо. Но пока не надо.

Он остановился.

Я не хотела, чтобы он уходил.

И одновременно не знала, как продолжать разговор.

Рейнар, кажется, понял.

— Я буду рядом, если понадоблюсь.

Он вышел.

Я осталась у окна.

Снаружи все еще бушевала метель.

И впервые за последние дни мне стало по-настоящему страшно не из-за маяков, судебных документов или бывшего мужа.

Я начала доверять Рейнару.

И теперь боялась, что снова ошиблась в человеке.

Мы задержались в сторожке до позднего вечера.

Погода улучшалась медленно. Бранн несколько раз выходил осматривать дорогу, но каждый раз возвращался с одним и тем же ответом: видимость слишком плохая, а на нижнем повороте образовался опасный снежный нанос.

В конце концов генерал приказал остаться до утра.

Саперы проверили здание и укрепили ставни. Ивар с Миком устроились возле печи, обсуждая старую карту. Остальные приготовили горячую еду из дорожных запасов.

Я помогла разложить кружки и хлеб.

Работа руками немного успокаивала.

С Рейнаром мы почти не разговаривали.

Он не избегал меня демонстративно. Просто занимался делами, проверял сообщения и обсуждал с Бранном состояние дороги.

А я пыталась разобраться в собственных чувствах.

Мне не нравилось, что он скрыл участие в модернизации.

Но еще больше не нравилось, насколько сильно это меня задело.

Если бы подобную информацию не сообщил капитан Ровен или Грон Хасс, я бы рассердилась, потребовала документы и продолжила работу.