Книга Ненужная жена. Любимая генерала Севера, страница 214 – Ангелина Сантос

— Пойдем.

Он взял меня за руку.

И мы спустились со стены навстречу теплому свету крепостных окон.

Впереди у нас были обычные дни.

Работа.

Иногда ссоры.

Новые планы.

Возможно, новые страхи и ошибки.

Но теперь я знала главное.

Мне больше не требовалось становиться незаменимой, чтобы иметь право на любовь.

Рейнар любил меня не за то, что я могла ему дать.

А я любила его не потому, что без него не смогла бы жить.

Мы оба прекрасно могли прожить свои жизни по отдельности.

Но хотели провести их вместе.

И это было самое важное.

Когда за нами закрылась тяжелая крепостная дверь, я в последний раз взглянула на семь огней над долиной.

А потом пошла рядом с человеком, которого выбрала сама.

Домой.

За год совместной жизни я выяснила, что генерал Северного рубежа способен запомнить расположение сорока сторожевых постов, но совершенно не способен определить, когда пора снять с огня молочную кашу.

— Она еще съедобная, — сообщил Рейнар, глядя в кастрюлю.

— Если снять верхний слой, наверное.

— Я уже снял.

Я заглянула внимательнее. На дне оставалась серая корочка, а рядом лежала ложка с таким видом, будто ей пришлось пережить тяжелый бой.

— Тогда это вторая попытка?

— Третья. Первые две я не хотел тебе показывать.

Я рассмеялась и поцеловала его в щеку. Рейнар поймал меня за талию и притянул ближе.

— В следующий раз займусь хлебом, — сказал он.

— Хлеб пекут дольше. У тебя появится больше времени для катастрофы.

— Очень поддерживающая жена.

— Обращайся. Я могу написать заключение с подробным описанием повреждений.

Он убрал с плиты кастрюлю, поставил рядом две чашки чая и посмотрел на меня так, как смотрел обычно перед сложным вопросом.

— Сегодня твой день. Ничего не забыла?

— В девять придет мастер из городской комиссии. В десять испытание. В полдень откроем учебную комнату. После этого я собираюсь домой.

— Последнее особенно важно.

Ровно год прошел после праздника восстановления семи маяков. Мы по-прежнему жили в Фарне, только теперь не в гостевых комнатах крепости. Несколько месяцев назад сняли небольшой дом на дороге между городом и Северным Уступом. Отсюда мне было удобно ходить в мастерскую, а Рейнару — добираться до штаба. В доме имелась крошечная кухня, две спальни и двор, в котором я пыталась выращивать цветы, не слишком подходящие для северного климата.

Дом не был роскошным. Зато у нас имелось право передвинуть мебель, повесить на стену собственные картины и пригласить друзей без согласования с комендантом. Мне нравилось даже то, что дверь кладовой плохо закрывалась и Рейнар каждое воскресенье обещал наконец ее исправить.

— Я обещала освободиться к вечеру, — сказала я. — И освобожусь.

— Проверю.

— Генерал, вы угрожаете независимому предпринимателю?

— Муж напоминает жене, что она обещала ему ужин без рабочих журналов.

Я хотела возразить, но поняла, что он прав. За последний месяц мы несколько раз ужинали поздно: то я заканчивала расчет, то его вызывали на пост. Вчера Рейнар впервые за долгое время пришел домой раньше меня и обнаружил на кухонном столе мои инструменты, а в спальне — два рулона чертежей.

Мы не поссорились. Просто поговорили и договорились, что сегодня ни один из нас не станет работать после шести, если не произойдет настоящей аварии. Разница между аварией и неудобным сроком сдачи проекта была важной. Особенно для меня.