Книга Пышка в Академии боевых драконов, страница 70 – Дарина Ромм

— Верфёльд, – произнёс он ленивым тоном, – Я даже не сомневался, что ты не послушаешься и припрыгаешь в бастиарий в одиночку.

— А чего ты хотел? – я вздёрнула подбородок, изображая несгибаемую гордость. – Я свободная женщина свободной страны! Имею право гулять по утрам где хочу.

— Не имеешь, – хмыкнул Себастьян, показывая на большой плакат на стене, где под заголовком «Правила нахождения в бастиарии» было расписано тридцать пунктов чего делать нельзя, а что льзя.

Первым «нельзя» шёл запрет первокурсникам находиться в бастиарии без сопровождения. Ну простите, такие плакаты нужно на входе вешать, а не внутри, когда уже половину клеток прошёл.

Естественно, я тут же высказала де Вейру своё "фи". В ответ услышала, что точно такой же плакат с правилами висит на входе. Надо же, не заметила!

Пожав плечами, я пошла к клетке мантикора. Малыш лежал на охапке соломы, положив тяжёлую голову на лапы. Когда я приблизилась, поднялся. Тряхнул своей роскошной гривой, рыкнул и вдруг расправил крылья. Замер, поглядывая на меня и словно красуясь.

— Вау! – только и смогла я произнести, разглядывая его. Крылья были огромные, кожистые, на каждом по острому когтю. Прибавить к этому гриву, мощное тело, клыки с мою ладонь, горящие золотом глаза… В общем, смотрелся мантикор впечатляюще!

— Малыш, ты… красавец, – выдохнула я восторженно. Забыв про стоящего за спиной де Вейра, кинулась открывать клетку. Начала дергать замок, но он, зараза, не желал поддаваться. Да что такое?!

— Не старайся, Верфёльд, замок под магией – вчера декан Алоиди зачаровал его, – насмешливо сообщил де Вейр из-за спины.

— Да?

— Да. Прямо как чувствовал, что ты прилетишь с утра пораньше к своему красавцу. Ты не понимаешь, что нельзя его выпускать вот так просто?

— Можно. Он никому не причинит вреда, – возразила я. – Ладно… Малыш, я тебе пирожки принесла. Будешь?

Я достала сверток. Развернула, и по бастиарию, перебивая застоявшуюся вонь, поплыл божественный аромат сдобы. За спиной у меня отчётливо сглотнули, и точно так же, только громче, сглотнул Малыш. И Мусака под ногами тоже издал звук, будто слегка подавился. Понятно, у меня тут три голодных, исходящих слюной мужика. Надо исправлять положение…

Я повернулась к де Вейру:

— Пирожки слева – с мясом, справа – с ягодами. Какие будешь?

В глазах боевика мелькнуло что-то нечитаемое, и он снова сглотнул.

— Ты же Малышу принесла? Его сначала угости, – выдавил, взглядом облизывая пирожки. Мантикор подошёл вплотную к клетке, прижался к ней лбом и шумно втянул в себя воздух. И Мусака снизу возмущённо мявкнул – мол, про меня не забывай, кожаная, про своего мехового властелина…

Хихикая про себя – как с мужиками просто, поманила пирожком, и он поплыл, – я протянула Малышу пирожок с мясом. Тот сосредоточенно понюхал, затем чихнул с такой силой, что я чуть не выронила угощение, и демонстративно отвернулся.

— Эй! – возмутилась я. – Это что за фокусы?

В ответ мантикор просунул сквозь прутья длинный язык и аккуратно слизнул лежащий с краю ягодный пирожок. Отправил его в рот, прожевал, зажмурившись от удовольствия. Довольно рыкнул и потянулся за следующим.

— Ах ты сладкоежка! – рассмеялась я, отдавая ему второй пирожок. – А мне говорили, что мантикоры питаются исключительно свежим мясом и страхом первокурсников. Врали, выходит?